Спасибо, папа… Мы им ещё вжарим

Спасибо, папа… Мы им ещё вжарим

Спасибо, папа… Мы им ещё вжарим

— Ты не Исаак Ньютон.
— Нет-нет, разумеется. Гравитация была бы очевидной для меня и без яблока.

— Ты не Исаак Ньютон.— Нет-нет, разумеется. Гравитация…

— Ты не Исаак Ньютон.
— Нет-нет, разумеется. Гравитация была бы очевидной для меня и без яблока.

— Бога ради, Шелдон, неужели мне нужно показывать табличку со словом «сарказм» каждый раз, как я открываю рот?
— У тебя есть такая табличка?

— Бога ради, Шелдон, неужели мне нужно показывать…

— Бога ради, Шелдон, неужели мне нужно показывать табличку со словом «сарказм» каждый раз, как я открываю рот?
— У тебя есть такая табличка?

— Женщина, ты играешь с силами посерьезнее твоего кена (за пределом твоих познаний, вне твоего понимания).
— Твой Кен может поцеловать меня в Барби.

— Женщина, ты играешь с силами посерьезнее твоего…

— Женщина, ты играешь с силами посерьезнее твоего кена (за пределом твоих познаний, вне твоего понимания).
— Твой Кен может поцеловать меня в Барби.

— Ты подержал ребенка?
— Да.
— И какие у тебя были ощущения?
— Все равно, что посмотрел в пустые, невинные глаза существа, которое не в состоянии понять хоть что-нибудь из того, что я говорю… По сути — еще один день в офисе.

— Ты подержал ребенка?— Да.— И какие у…

— Ты подержал ребенка?
— Да.
— И какие у тебя были ощущения?
— Все равно, что посмотрел в пустые, невинные глаза существа, которое не в состоянии понять хоть что-нибудь из того, что я говорю… По сути — еще один день в офисе.

— Почему ты плачешь?
— Потому что я тупая!
— Нет причины для слез. Люди плачут, потому что грустят. Например, я плачу из-за тупости других, она заставляет меня грустить.

— Почему ты плачешь?— Потому что я тупая!—…

— Почему ты плачешь?
— Потому что я тупая!
— Нет причины для слез. Люди плачут, потому что грустят. Например, я плачу из-за тупости других, она заставляет меня грустить.

— Мне не нравятся жуки, ок? Они пугают меня.
— Любопытно. Ты боишься насекомых и женщин. Божьи коровки, небось, вводят тебя в состояние кататонического шока.

— Мне не нравятся жуки, ок? Они пугают…

— Мне не нравятся жуки, ок? Они пугают меня.
— Любопытно. Ты боишься насекомых и женщин. Божьи коровки, небось, вводят тебя в состояние кататонического шока.

— Я ее приглашу. Приятно поедим и побеседуем.
— Беседа? Мы же не беседуем. По крайней мере, в оффлайне.

— Я ее приглашу. Приятно поедим и побеседуем.…

— Я ее приглашу. Приятно поедим и побеседуем.
— Беседа? Мы же не беседуем. По крайней мере, в оффлайне.

Время извлечь чёрный ящик из-под дымящихся обломков твоего воображаемого романа и проанализировать данные, во избежание нового крушения на склонах ботанской горы.

Время извлечь чёрный ящик из-под дымящихся обломков твоего…

Время извлечь чёрный ящик из-под дымящихся обломков твоего воображаемого романа и проанализировать данные, во избежание нового крушения на склонах ботанской горы.

Отношения — это когда делишься чипсами или одеялом, проявляешь заботу и любовь. Я не готов делиться чипсами. Одеялом — тем более.

Отношения — это когда делишься чипсами или одеялом,…

Отношения — это когда делишься чипсами или одеялом, проявляешь заботу и любовь. Я не готов делиться чипсами. Одеялом — тем более.

Пенни, у тебя такие замечательные друзья. Хотя вот этот Шелдон — он немного специфический. Он напомнил мне нашего индюка, который захлебнулся дождём, когда смотрел в небо.

Пенни, у тебя такие замечательные друзья. Хотя вот…

Пенни, у тебя такие замечательные друзья. Хотя вот этот Шелдон — он немного специфический. Он напомнил мне нашего индюка, который захлебнулся дождём, когда смотрел в небо.

— Шелдон, я жду нормальных извинений.
— Мне жаль, что ты не смогла…
— Нет
— Мне жаль, что моя гениальность…
— Нет.
— Мне жаль, что мыло было…
— Шелдон!
— Хорошо, извини.

— Шелдон, я жду нормальных извинений.— Мне жаль,…

— Шелдон, я жду нормальных извинений.
— Мне жаль, что ты не смогла…
— Нет
— Мне жаль, что моя гениальность…
— Нет.
— Мне жаль, что мыло было…
— Шелдон!
— Хорошо, извини.

В ночном небе есть две ярчайшие звезды — Альтаир и Вега. Говорят, что они были безумно влюблены, но теперь они навсегда разделены рекой Млечного Пути. Но один раз в году — седьмой день седьмого месяца слёзы Веги так горьки, что все сороки мира взлетают в небо и строят мост из своих крыльев, чтобы влюбленные могли встретиться на одну ночь истинной страсти.

В ночном небе есть две ярчайшие звезды —…

В ночном небе есть две ярчайшие звезды — Альтаир и Вега. Говорят, что они были безумно влюблены, но теперь они навсегда разделены рекой Млечного Пути. Но один раз в году — седьмой день седьмого месяца слёзы Веги так горьки, что все сороки мира взлетают в небо и строят мост из своих крыльев, чтобы влюбленные могли встретиться на одну ночь истинной страсти.

А если ты не согласна, я советую сделать рентгенограмму мозга и поискать опухоль, давящую на центр мозга, отвечающую за распознавательный процесс.

А если ты не согласна, я советую сделать…

А если ты не согласна, я советую сделать рентгенограмму мозга и поискать опухоль, давящую на центр мозга, отвечающую за распознавательный процесс.

— Вспомнила день, когда мы познакомились.
— Это был полдень понедельника. Ты ела с нами индийские блюда.
— Даже не верится, уже восемь лет прошло.
— А ты по-прежнему ешь нашу еду.

— Вспомнила день, когда мы познакомились.— Это был…

— Вспомнила день, когда мы познакомились.
— Это был полдень понедельника. Ты ела с нами индийские блюда.
— Даже не верится, уже восемь лет прошло.
— А ты по-прежнему ешь нашу еду.

— Я хочу попасть внутрь.
— Я тоже, но нас ведь не пустят.
— А Пенни ты точно так же добивался, скажи мне?
— Нет, но у меня нет трёх лет, чтобы эти ворота начали меня жалеть.

— Я хочу попасть внутрь.— Я тоже, но…

— Я хочу попасть внутрь.
— Я тоже, но нас ведь не пустят.
— А Пенни ты точно так же добивался, скажи мне?
— Нет, но у меня нет трёх лет, чтобы эти ворота начали меня жалеть.

— Слушай, у нас с Ручи так всё хорошо складывается, ну подари ты мне этот шанс, прошу!
— Нет, нет, нет. Я никуда не уйду. Я как грибок, от которого невозможно избавиться.
— О чем болтаете?
— Ты только что пропустила историю Стюарта о том, как он не может избавиться от грибка.

— Слушай, у нас с Ручи так всё…

— Слушай, у нас с Ручи так всё хорошо складывается, ну подари ты мне этот шанс, прошу!
— Нет, нет, нет. Я никуда не уйду. Я как грибок, от которого невозможно избавиться.
— О чем болтаете?
— Ты только что пропустила историю Стюарта о том, как он не может избавиться от грибка.

Я вот всегда честен с Эмми. Недавно она сказала, что её беспокоит родинка у неё на плече. А я ответил: «Ты, конечно, можешь называть это родинкой, но когда оттуда растут волосы — это бородавка».

Я вот всегда честен с Эмми. Недавно она…

Я вот всегда честен с Эмми. Недавно она сказала, что её беспокоит родинка у неё на плече. А я ответил: «Ты, конечно, можешь называть это родинкой, но когда оттуда растут волосы — это бородавка».

— Вы нас кинули!
— Даже не знаю, что сказать… Говард, послушай!
— Нет, всё в порядке! Это ваш корабль, так что вы с Чубаккой можете делать что хотите, а мы с принцессой Леей найдем другой способ хорошо провести вечер.

— Вы нас кинули!— Даже не знаю, что…

— Вы нас кинули!
— Даже не знаю, что сказать… Говард, послушай!
— Нет, всё в порядке! Это ваш корабль, так что вы с Чубаккой можете делать что хотите, а мы с принцессой Леей найдем другой способ хорошо провести вечер.

— Как за ручки держаться и целоваться взасос ничего, а как 38 и 8 так досвидос?
— …
— Куда девалась наша любовь?

— Как за ручки держаться и целоваться взасос…

— Как за ручки держаться и целоваться взасос ничего, а как 38 и 8 так досвидос?
— …
— Куда девалась наша любовь?