— О чём ты хочешь поговорить?
— Ну… обо мне. Я… свободен духом, Винс.
— Да?
— Меня нельзя ограничить. Многие пытаются засунуть меня в ящик, но я вырываюсь.
— Кто пытается засунуть тебя в ящик?
— Это моя природа, природа Говарда Муна.
— Кто пытается засунуть тебя в ящик?
— Ну… люди, человек.
— Ты в полицию сообщил об этом?
— Да нет, человек… ты понимаешь о чём я.
— О чём ты говоришь?!
— Люди всегда пытаются засунуть других в ящики.
— Никто не засовывает тебя в ящик. Для начала ты неподходящего размера.
— Забудем разговор, ладно?
— Как ты вообще влез бы в ящик?!
— Не хочу больше разговаривать, читай свой журнал.

— О чём ты хочешь поговорить?— Ну… обо…

— О чём ты хочешь поговорить?
— Ну… обо мне. Я… свободен духом, Винс.
— Да?
— Меня нельзя ограничить. Многие пытаются засунуть меня в ящик, но я вырываюсь.
— Кто пытается засунуть тебя в ящик?
— Это моя природа, природа Говарда Муна.
— Кто пытается засунуть тебя в ящик?
— Ну… люди, человек.
— Ты в полицию сообщил об этом?
— Да нет, человек… ты понимаешь о чём я.
— О чём ты говоришь?!
— Люди всегда пытаются засунуть других в ящики.
— Никто не засовывает тебя в ящик. Для начала ты неподходящего размера.
— Забудем разговор, ладно?
— Как ты вообще влез бы в ящик?!
— Не хочу больше разговаривать, читай свой журнал.

— Кошмар какой, что за запах?
— Желудок подвёл меня.
— Это я понял. Что с тобой?
— Это моя диета.
— Что же ты ел?
— Хэд энд шолдерс… зубную пасту, дерьмо… большие куски дерьма.
— Это несбалансированная диета, нужно разнообразить её.

— Кошмар какой, что за запах?— Желудок подвёл…

— Кошмар какой, что за запах?
— Желудок подвёл меня.
— Это я понял. Что с тобой?
— Это моя диета.
— Что же ты ел?
— Хэд энд шолдерс… зубную пасту, дерьмо… большие куски дерьма.
— Это несбалансированная диета, нужно разнообразить её.

— Знаешь этих парней… с такими маленькими ручками? Ну знаешь, с большими карманами? Ну ты знаешь, с уменьшенными версиями самих себя в переднем кармане?
— Кенгуру.

— Знаешь этих парней… с такими маленькими ручками?…

— Знаешь этих парней… с такими маленькими ручками? Ну знаешь, с большими карманами? Ну ты знаешь, с уменьшенными версиями самих себя в переднем кармане?
— Кенгуру.

— А что, по-твоему, происходит с мусором, когда его выбрасывают на улицу?
— Ну, не знаю… Он растворяется под дождём, как огромная шипучая таблетка?

— А что, по-твоему, происходит с мусором, когда…

— А что, по-твоему, происходит с мусором, когда его выбрасывают на улицу?
— Ну, не знаю… Он растворяется под дождём, как огромная шипучая таблетка?

Готический сок… самый сильный лак для волос, известный человечеству. Сделан из слёз Роберта Смита.

Готический сок… самый сильный лак для волос, известный…

Готический сок… самый сильный лак для волос, известный человечеству. Сделан из слёз Роберта Смита.

Ты не можешь ни с того ни с сего просто стать геем! Это тебе не галстук купить!

Ты не можешь ни с того ни с…

Ты не можешь ни с того ни с сего просто стать геем! Это тебе не галстук купить!

Когда я вижу ограничения, я съедаю ограничения и запиваю их чашкой горячих дымящихся правил.

Когда я вижу ограничения, я съедаю ограничения и…

Когда я вижу ограничения, я съедаю ограничения и запиваю их чашкой горячих дымящихся правил.

— Каждый день опаздываешь. Каждый день новые безумные причины. Что на сей раз?
— О чем ты?
— Что, тебя накрыло лавиной из Lego? Твоя пижама превратилась в азот? Ты приклеился к потолку своей спальни? Гигантский зимородок прилетел к тебе в комнату и заклевал тебя под одеялом? Твои наряды стали популярны у ежей?

— Каждый день опаздываешь. Каждый день новые безумные…

— Каждый день опаздываешь. Каждый день новые безумные причины. Что на сей раз?
— О чем ты?
— Что, тебя накрыло лавиной из Lego? Твоя пижама превратилась в азот? Ты приклеился к потолку своей спальни? Гигантский зимородок прилетел к тебе в комнату и заклевал тебя под одеялом? Твои наряды стали популярны у ежей?

— Что у него есть такого, чего нет у меня?
— Ну, у него есть усы.
— Но у меня тоже есть усы!
— Да? А я думал, что это пенка от капучино.

— Что у него есть такого, чего нет…

— Что у него есть такого, чего нет у меня?
— Ну, у него есть усы.
— Но у меня тоже есть усы!
— Да? А я думал, что это пенка от капучино.

У меня уже есть друг, одевающийся как футуристическая проститутка.

У меня уже есть друг, одевающийся как футуристическая…

У меня уже есть друг, одевающийся как футуристическая проститутка.

— Ты сказал, это норка?
— Да. Какая сейчас разница?
— Как-то это неправильно для работника зоопарка!
— Тут в Антарктиде совсем другие правила… убей или будешь убит!
— Кем?! Норками?!
— Весь этот костюм сделан из одной норки.
— Я читал журнал…
— А я смотрел на забор и что?
— Да нет, там была статья об экологии, и писали, что на небольшие перчатки уходит 9 норок.
— Это потому что они шить не умеют!

— Ты сказал, это норка?— Да. Какая сейчас…

— Ты сказал, это норка?
— Да. Какая сейчас разница?
— Как-то это неправильно для работника зоопарка!
— Тут в Антарктиде совсем другие правила… убей или будешь убит!
— Кем?! Норками?!
— Весь этот костюм сделан из одной норки.
— Я читал журнал…
— А я смотрел на забор и что?
— Да нет, там была статья об экологии, и писали, что на небольшие перчатки уходит 9 норок.
— Это потому что они шить не умеют!

— Что это, угрюмая ракета?
— Группа «Human League».
— Это электронный нонсенс.
— Они электронные пионеры, они изобрели музыку.
— Изобрели музыку? А что было до них?
— До них была просто настройка инструментов.
— Ты в курсе о музыке, известной как джаз? В курсе о джазе, джазовом движении?
— Почему ты продолжаешь все время болтать о своём джазе?
— Потому что это важнейшая форма искусства.
— Никто не слушает джаз. Учителя естественных наук и психические больные — все, кому нужен твой джаз.
— Возьми свои слова назад, ты, электрогомик.
— Или что?
— Просто возьми их назад и все.
— Не возьму. Я оставлю их прямо тут, чтобы все видели.
— Заглотни их обратно.
— Нет. Я ненавижу джаз.
— Ты ненавидишь джаз? Да ты боишься джаза. Да-а-а.
— Заткни свой рот.
— Ты боишься джаза, боишься отсутствия правил.
— Нет.
— Отсутствия границ. О-ох. Он как забор, нет, он мягкий. Что происходит? Формы, хаос. Для тебя все должно быть просто, так ведь?
— Перестань. Заткни свой рот.
— Мелодия становится абстрактной, ты обделываешь свои штаны.
— Заткни свой рот.

— Что это, угрюмая ракета?— Группа «Human League».—…

— Что это, угрюмая ракета?
— Группа «Human League».
— Это электронный нонсенс.
— Они электронные пионеры, они изобрели музыку.
— Изобрели музыку? А что было до них?
— До них была просто настройка инструментов.
— Ты в курсе о музыке, известной как джаз? В курсе о джазе, джазовом движении?
— Почему ты продолжаешь все время болтать о своём джазе?
— Потому что это важнейшая форма искусства.
— Никто не слушает джаз. Учителя естественных наук и психические больные — все, кому нужен твой джаз.
— Возьми свои слова назад, ты, электрогомик.
— Или что?
— Просто возьми их назад и все.
— Не возьму. Я оставлю их прямо тут, чтобы все видели.
— Заглотни их обратно.
— Нет. Я ненавижу джаз.
— Ты ненавидишь джаз? Да ты боишься джаза. Да-а-а.
— Заткни свой рот.
— Ты боишься джаза, боишься отсутствия правил.
— Нет.
— Отсутствия границ. О-ох. Он как забор, нет, он мягкий. Что происходит? Формы, хаос. Для тебя все должно быть просто, так ведь?
— Перестань. Заткни свой рот.
— Мелодия становится абстрактной, ты обделываешь свои штаны.
— Заткни свой рот.

Знаешь черные точки в бананах?… Это яйца тарантулов…

Знаешь черные точки в бананах?… Это яйца тарантулов…

Знаешь черные точки в бананах?… Это яйца тарантулов…