Взять хоты бы пламя.
Это жизнь. Все стараются защитить её, чтобы она не ушла.
И что же они делают?
Воруют у других и забирают себе — это ответ на вопрос, что значит жизнь.
То есть если хочешь разжечь пламя для тех кто исчез нужно связать их с пламенем посильнее.

Взять хоты бы пламя.Это жизнь. Все стараются защитить…

Взять хоты бы пламя.
Это жизнь. Все стараются защитить её, чтобы она не ушла.
И что же они делают?
Воруют у других и забирают себе — это ответ на вопрос, что значит жизнь.
То есть если хочешь разжечь пламя для тех кто исчез нужно связать их с пламенем посильнее.

Каждый раз,
Когда сходятся звезды, сойдя со своих звездных трасс,
Все становится ясно без всех этих жестов и фраз.
Каждый раз,
Когда кровь на ладонях и падают слезы из глаз,
Очень больно смотреть, если кто-то страдает за нас.

Каждый раз,Когда сходятся звезды, сойдя со своих звездных…

Каждый раз,
Когда сходятся звезды, сойдя со своих звездных трасс,
Все становится ясно без всех этих жестов и фраз.
Каждый раз,
Когда кровь на ладонях и падают слезы из глаз,
Очень больно смотреть, если кто-то страдает за нас.

I’m a soldier, born to stand
In this waking hell I am
Witnessing more than I can compute.

Pray myself we don’t forget
Lies, betrayed and the oppressed
Please give me the strength to be the truth.

Я — солдат, рождён стоять,
Пока мир вокруг несётся в ад.
Вижу больше, чем могу понять.

Молю себя не забывать
Ложь, предательство и гнёт.
Лишь бы сил мне правду сохранить.

I’m a soldier, born to standIn this waking…

I’m a soldier, born to stand
In this waking hell I am
Witnessing more than I can compute.

Pray myself we don’t forget
Lies, betrayed and the oppressed
Please give me the strength to be the truth.

Я — солдат, рождён стоять,
Пока мир вокруг несётся в ад.
Вижу больше, чем могу понять.

Молю себя не забывать
Ложь, предательство и гнёт.
Лишь бы сил мне правду сохранить.

People divided into the victims
And the beasts,
Mary has no choice,
Big cities provided scary rules,
No fear no voice,
You won’t get enough,
You won’t free your love.

Люди разделяются на жертв
И чудовищ,
У Мэри нет выхода,
Большими городами продиктованы жуткие правила,
Нет страха, нет права голоса,
Ты не получишь все, что тебе нужно,
Ты не дашь воли своей любви.

People divided into the victimsAnd the beasts,Mary has…

People divided into the victims
And the beasts,
Mary has no choice,
Big cities provided scary rules,
No fear no voice,
You won’t get enough,
You won’t free your love.

Люди разделяются на жертв
И чудовищ,
У Мэри нет выхода,
Большими городами продиктованы жуткие правила,
Нет страха, нет права голоса,
Ты не получишь все, что тебе нужно,
Ты не дашь воли своей любви.

Сухие слова: «Здесь действовал серийный убийца».
Значит, кто-то из нас скоро станет его новой жертвой?

Сухие слова: «Здесь действовал серийный убийца».Значит, кто-то из…

Сухие слова: «Здесь действовал серийный убийца».
Значит, кто-то из нас скоро станет его новой жертвой?

Ты же знаешь, если мы вернёмся на небеса, то начнётся война. А на войне всегда есть жертвы.

Ты же знаешь, если мы вернёмся на небеса,…

Ты же знаешь, если мы вернёмся на небеса, то начнётся война. А на войне всегда есть жертвы.

— Мы можем закончить это сейчас же. Можем спасти всех прямо сейчас.
— Это не наш стиль. Что с тобой случилось? С каких пор убийство стало рассматриваться как вариант?
— Джекс должен ответить за свои преступления.
— И что потом? Ты выследишь всех изобретателей оружия, пули или бомбы?!
— Но они возвращаются! Как ты не поймешь? Каждый раз я веду переговоры, стараюсь вникнуть, но не сегодня. Нет. Сегодня я на стороне жертв: его, Мастера, Далеков… Всех людей, которые погибли из-за моего милосердия!
— Видишь, что происходит, когда слишком долго путешествуешь в одиночестве.

— Мы можем закончить это сейчас же. Можем…

— Мы можем закончить это сейчас же. Можем спасти всех прямо сейчас.
— Это не наш стиль. Что с тобой случилось? С каких пор убийство стало рассматриваться как вариант?
— Джекс должен ответить за свои преступления.
— И что потом? Ты выследишь всех изобретателей оружия, пули или бомбы?!
— Но они возвращаются! Как ты не поймешь? Каждый раз я веду переговоры, стараюсь вникнуть, но не сегодня. Нет. Сегодня я на стороне жертв: его, Мастера, Далеков… Всех людей, которые погибли из-за моего милосердия!
— Видишь, что происходит, когда слишком долго путешествуешь в одиночестве.

Жертвы мечтают не о победе в борьбе с кем-то. Они мечтают перестать быть жертвами. Они просто не хотят быть жертвами.

Жертвы мечтают не о победе в борьбе с…

Жертвы мечтают не о победе в борьбе с кем-то. Они мечтают перестать быть жертвами. Они просто не хотят быть жертвами.

Конец одного путешествия всегда является началом другого. Перемены всегда сложны и они не обходятся без жертв. Эти жертвы тяжелы, но нельзя позволить им поколебать нас. Завтрашний день — это тайна и мы можем только встретить его со всей смелостью. Мы двигаемся вперёд, только вперёд — к тому, что будет дальше. Мы делаем выбор, принимаем решения и нам остаётся только жить и надеяться.

Конец одного путешествия всегда является началом другого. Перемены…

Конец одного путешествия всегда является началом другого. Перемены всегда сложны и они не обходятся без жертв. Эти жертвы тяжелы, но нельзя позволить им поколебать нас. Завтрашний день — это тайна и мы можем только встретить его со всей смелостью. Мы двигаемся вперёд, только вперёд — к тому, что будет дальше. Мы делаем выбор, принимаем решения и нам остаётся только жить и надеяться.

Мы все идем на жертвы, чтобы достичь своей мечты. Но иногда приходится жертвовать собой ради общего блага.

Мы все идем на жертвы, чтобы достичь своей…

Мы все идем на жертвы, чтобы достичь своей мечты. Но иногда приходится жертвовать собой ради общего блага.

Страшно, что в своих играх мы жертвуем простыми людьми, ну как бы в силу обстоятельств.

Страшно, что в своих играх мы жертвуем простыми…

Страшно, что в своих играх мы жертвуем простыми людьми, ну как бы в силу обстоятельств.

Это война и могут быть жертвы. Бездействие тоже убивает, только медленнее.

Это война и могут быть жертвы. Бездействие тоже…

Это война и могут быть жертвы. Бездействие тоже убивает, только медленнее.

— Мне так жаль тебя.
— Таков наш удел. Мы рожаем жертв будущей резни…

— Мне так жаль тебя.— Таков наш удел.…

— Мне так жаль тебя.
— Таков наш удел. Мы рожаем жертв будущей резни…

Он совершил преступление, но почему наказан только я? Точно. В правовой системе, в которую я так верил, наказание вовсе не являлось наказанием. Его изолировали за преступление, но за само преступление не наказали. На самом деле страдают не преступники, а жертвы.

Он совершил преступление, но почему наказан только я?…

Он совершил преступление, но почему наказан только я? Точно. В правовой системе, в которую я так верил, наказание вовсе не являлось наказанием. Его изолировали за преступление, но за само преступление не наказали. На самом деле страдают не преступники, а жертвы.

— Утред воитель и отец. Он не смог защитить тебя, это его и мучает.
— Это снедает воина, но не отца. Потому что он никогда им не был.
— Потому что его не было рядом? Знаешь, в скольких битвах он дрался? Сколько раз он отдавал свой меч и силы христианским королям, пренебрегая своими мечтами? Я встретил твоего отца рабом, когда у нас не было ничего! Подумай, чего лишился ты и чем, по сравнению с этим, пожертвовал он. Он сражается за Беббанбург только ради тебя! Чтобы дать наследие, которого он был лишен. Клянусь тебе, он великий муж и его кровь течет в твоих жилах. Тебе следует гордится, что ты с ним.

— Утред воитель и отец. Он не смог…

— Утред воитель и отец. Он не смог защитить тебя, это его и мучает.
— Это снедает воина, но не отца. Потому что он никогда им не был.
— Потому что его не было рядом? Знаешь, в скольких битвах он дрался? Сколько раз он отдавал свой меч и силы христианским королям, пренебрегая своими мечтами? Я встретил твоего отца рабом, когда у нас не было ничего! Подумай, чего лишился ты и чем, по сравнению с этим, пожертвовал он. Он сражается за Беббанбург только ради тебя! Чтобы дать наследие, которого он был лишен. Клянусь тебе, он великий муж и его кровь течет в твоих жилах. Тебе следует гордится, что ты с ним.

Я не спорю – ты всегда готов пойти на жертвы. Если страдать будет кто-то другой.

Я не спорю – ты всегда готов пойти…

Я не спорю – ты всегда готов пойти на жертвы. Если страдать будет кто-то другой.

Есть преступления, где все — только жертвы.

Есть преступления, где все — только жертвы.

Есть преступления, где все — только жертвы.

— Это действительно шаг вперед, мама. Так ты создашь новый мир, собственный, без Отца.
— Но, как же ты, Аменадиль, мои дети?
— Ты знаешь, мама, вернись мы на небеса, началась бы война. А на каждой войне неизбежно будут жертвы.
— Я не хочу, чтобы пострадали мои дети.
— Я знаю, так что, пожалуйста, да будет свет.

— Это действительно шаг вперед, мама. Так ты…

— Это действительно шаг вперед, мама. Так ты создашь новый мир, собственный, без Отца.
— Но, как же ты, Аменадиль, мои дети?
— Ты знаешь, мама, вернись мы на небеса, началась бы война. А на каждой войне неизбежно будут жертвы.
— Я не хочу, чтобы пострадали мои дети.
— Я знаю, так что, пожалуйста, да будет свет.

Что, изобрели новый способ воевать? Не сжигая и без жертв?

Что, изобрели новый способ воевать? Не сжигая и…

Что, изобрели новый способ воевать? Не сжигая и без жертв?