И за каждым любым, даже хоть бытовым
Проявлением негатива двух отдельных людей
Виден древний мотив – столкновение архетипов.
Никуда не ушли герои, никуда не делись драконы.
Даже если их битва в офисе между степлером с дыроколом.

И герои с драконами очень похожи,
Их путают, но погоди — есть отличие в корне.
Ведь лишь у дракона нет своего пути,
Нет идеи, нет идеологии. Его роль – это быть врагом.
Он сидит себе тихо в логове. Выдыхает с дымом огонь.

И за каждым любым, даже хоть бытовымПроявлением негатива…

И за каждым любым, даже хоть бытовым
Проявлением негатива двух отдельных людей
Виден древний мотив – столкновение архетипов.
Никуда не ушли герои, никуда не делись драконы.
Даже если их битва в офисе между степлером с дыроколом.

И герои с драконами очень похожи,
Их путают, но погоди — есть отличие в корне.
Ведь лишь у дракона нет своего пути,
Нет идеи, нет идеологии. Его роль – это быть врагом.
Он сидит себе тихо в логове. Выдыхает с дымом огонь.

Я не понимаю нынешней повседневной одежды. Я за 50-60-е, тогда умели одеваться. Что это за повседневность? Ну вы видели это? «Зато мне удобно! Мне плевать, каково окружающим, мне удобно!» Зато мне неудобно от вашего удобно!

Я не понимаю нынешней повседневной одежды. Я за…

Я не понимаю нынешней повседневной одежды. Я за 50-60-е, тогда умели одеваться. Что это за повседневность? Ну вы видели это? «Зато мне удобно! Мне плевать, каково окружающим, мне удобно!» Зато мне неудобно от вашего удобно!

Дни похожи как мать с дочерью
По характеру тел к старости.
Не найти в них свежей радости,
Не найти.

Дни похожи как мать с дочерьюПо характеру тел…

Дни похожи как мать с дочерью
По характеру тел к старости.
Не найти в них свежей радости,
Не найти.

Работа с девяти до шести, где ты никто,
Потом тачка, метро, дома пачка счетов.
Не знаю, как надо, но это точно не то.

Работа с девяти до шести, где ты никто,Потом…

Работа с девяти до шести, где ты никто,
Потом тачка, метро, дома пачка счетов.
Не знаю, как надо, но это точно не то.

Один человек хотел так немного —
Не утерять свет, не быть одиноким.
И оставался только выход один —
Порвать со всем и сделать шаг в никуда,
Порвать все компасы и сбиться с пути,
Но только вырваться бы из повседневности…

Один человек хотел так немного —Не утерять свет,…

Один человек хотел так немного —
Не утерять свет, не быть одиноким.
И оставался только выход один —
Порвать со всем и сделать шаг в никуда,
Порвать все компасы и сбиться с пути,
Но только вырваться бы из повседневности…

— А что же случилось с тем любовником?
— Он не хотел оставаться ради жизненных мелочей: готовки, болезней и ржачем над тупым сериалом.

— А что же случилось с тем любовником?—…

— А что же случилось с тем любовником?
— Он не хотел оставаться ради жизненных мелочей: готовки, болезней и ржачем над тупым сериалом.

Когда я устану от ласковых, нежных объятий,
Когда я устану от мыслей и слов повседневных —
Я слышу, как воздух трепещет от гнева проклятий,
Я вижу на холме героев, могучих и гневных.

Когда я устану от ласковых, нежных объятий,Когда я…

Когда я устану от ласковых, нежных объятий,
Когда я устану от мыслей и слов повседневных —
Я слышу, как воздух трепещет от гнева проклятий,
Я вижу на холме героев, могучих и гневных.

Писатель должен пользоваться необыкновенным только для того, чтобы привлечь внимание и начать разговор о самом обычном

Писатель должен пользоваться необыкновенным только для того, чтобы…

Писатель должен пользоваться необыкновенным только для того, чтобы привлечь внимание и начать разговор о самом обычном

Настоящее искусство рождается в повседневности.

Настоящее искусство рождается в повседневности.

Настоящее искусство рождается в повседневности.

Мне не сложно делать самые головокружительные трюки, для меня это банальная повседневность.

Мне не сложно делать самые головокружительные трюки, для…

Мне не сложно делать самые головокружительные трюки, для меня это банальная повседневность.

Все исчезает в потоке времени. Минуты, эти атомы мелочной жизни, разъедают, как черви, все мудрое и великое. Чудище будней клонит долу все, что стремится ввысь. Значительного в жизни нет, ибо прах ничего не значит. Что стоят вечные страсти перед лицом тщеты?

Все исчезает в потоке времени. Минуты, эти атомы…

Все исчезает в потоке времени. Минуты, эти атомы мелочной жизни, разъедают, как черви, все мудрое и великое. Чудище будней клонит долу все, что стремится ввысь. Значительного в жизни нет, ибо прах ничего не значит. Что стоят вечные страсти перед лицом тщеты?

Чудеса повседневной жизни захватывающи. Нет режиссера, который может организовать неожиданность, ожидающую вас на улице.

Чудеса повседневной жизни захватывающи. Нет режиссера, который может…

Чудеса повседневной жизни захватывающи. Нет режиссера, который может организовать неожиданность, ожидающую вас на улице.

Я думаю, здесь присутствует элемент эскапизма. После долгого трудового дня в офисе или на другой работе люди хотят увидеть что-то, что не напоминало бы им об этом. Что-то, захватывающее внимание и отличное от повседневности. Это позволяет вам поверить в крупицу волшебства и добавить яркости нашему миру.

Я думаю, здесь присутствует элемент эскапизма. После долгого…

Я думаю, здесь присутствует элемент эскапизма. После долгого трудового дня в офисе или на другой работе люди хотят увидеть что-то, что не напоминало бы им об этом. Что-то, захватывающее внимание и отличное от повседневности. Это позволяет вам поверить в крупицу волшебства и добавить яркости нашему миру.

И главное: научить их чтить русскую литературную классику и говорить о ней не иначе, как со склонённой головой. Всё, что мы говорим и делаем, а тем более всё, что нам предписано «сверху» говорить и делать — всё мизерно, смешно и нечисто по сравнению с любой репликой, гримасой или жестом Её персонажей.

И главное: научить их чтить русскую литературную классику…

И главное: научить их чтить русскую литературную классику и говорить о ней не иначе, как со склонённой головой. Всё, что мы говорим и делаем, а тем более всё, что нам предписано «сверху» говорить и делать — всё мизерно, смешно и нечисто по сравнению с любой репликой, гримасой или жестом Её персонажей.

В сражении следует быть жестоким и безрассудным. Но забудь об этом в повседневной жизни.

В сражении следует быть жестоким и безрассудным. Но…

В сражении следует быть жестоким и безрассудным. Но забудь об этом в повседневной жизни.

Повседневность начинается на улице, а кончается в бесконечности.

Повседневность начинается на улице, а кончается в бесконечности.

Повседневность начинается на улице, а кончается в бесконечности.

— Что, по вашему мнению, делает Роберта самым сексуальным мужчиной в Голливуде?
— Не знаю, я-то его вижу по утрам в трусах, когда он кормит котов и чистит за ними лоток.

— Что, по вашему мнению, делает Роберта самым…

— Что, по вашему мнению, делает Роберта самым сексуальным мужчиной в Голливуде?
— Не знаю, я-то его вижу по утрам в трусах, когда он кормит котов и чистит за ними лоток.

Вероятно, 99% способностей человека растрачиваются попусту, даже сегодня люди, считающие себя культурными и образованными, работают по большей части как автоматы, лишь один или два раза за всю жизнь постигая на мгновение те могущественные, но глубоко скрытые возможности, которыми располагает их разум.

Вероятно, 99% способностей человека растрачиваются попусту, даже сегодня…

Вероятно, 99% способностей человека растрачиваются попусту, даже сегодня люди, считающие себя культурными и образованными, работают по большей части как автоматы, лишь один или два раза за всю жизнь постигая на мгновение те могущественные, но глубоко скрытые возможности, которыми располагает их разум.

— Сегодня хороший день, чтобы умереть.
— Ты всегда так говоришь.
— Всегда так и есть.

— Сегодня хороший день, чтобы умереть.— Ты всегда…

— Сегодня хороший день, чтобы умереть.
— Ты всегда так говоришь.
— Всегда так и есть.

Заключённые в рамки мгновения, проливающие свет на повседневные объекты, которые обычно остаются незаметными в своем привычном контексте.

Заключённые в рамки мгновения, проливающие свет на повседневные…

Заключённые в рамки мгновения, проливающие свет на повседневные объекты, которые обычно остаются незаметными в своем привычном контексте.