Антисоветизм, он неизбежно ведёт к оправданию нацизма. Он не может не вести к оправданию нацизма по одной простой причине — потому что, собственно, весь нацизм был заострён на борьбе с коммунистами. И, кстати, «еврейский вопрос» в интерпретации нацистов, он был связан с тем, что евреи это, собственно, и есть носители левых идей.

Антисоветизм, он неизбежно ведёт к оправданию нацизма. Он…

Антисоветизм, он неизбежно ведёт к оправданию нацизма. Он не может не вести к оправданию нацизма по одной простой причине — потому что, собственно, весь нацизм был заострён на борьбе с коммунистами. И, кстати, «еврейский вопрос» в интерпретации нацистов, он был связан с тем, что евреи это, собственно, и есть носители левых идей.

Если в какой-то сфере и удалось достичь коммунизма, то это в человеческом общежитии. Бдительные соседи знали друг о друге практически всё. О долгах, пирогах или у кого когда получка, что очень важно.

Если в какой-то сфере и удалось достичь коммунизма,…

Если в какой-то сфере и удалось достичь коммунизма, то это в человеческом общежитии. Бдительные соседи знали друг о друге практически всё. О долгах, пирогах или у кого когда получка, что очень важно.

Я ни в коем случае не хочу сказать, что мир, который себе представляли наши предки, пятьдесят лет назад, является идеальным. Ведь если бы все их мечты осуществились, то мы бы до сих пор жили при коммунизме, а это означает, очередь не только за бургерами, но и вообще за любым мясом. Одежда с фабрики «Первомайская заря» вместо «Zara» и Витебский базар, а не версус.

Я ни в коем случае не хочу сказать,…

Я ни в коем случае не хочу сказать, что мир, который себе представляли наши предки, пятьдесят лет назад, является идеальным. Ведь если бы все их мечты осуществились, то мы бы до сих пор жили при коммунизме, а это означает, очередь не только за бургерами, но и вообще за любым мясом. Одежда с фабрики «Первомайская заря» вместо «Zara» и Витебский базар, а не версус.

Тем, кто много замечает — мы выкалываем зенки,
А тех, кто нам мешает мы — ставим к стенке.

Ведь пылающей тропой мы идём к коммунизму,
Пылающей тропой мы идём к коммунизму.

Тем, кто много замечает — мы выкалываем зенки,А…

Тем, кто много замечает — мы выкалываем зенки,
А тех, кто нам мешает мы — ставим к стенке.

Ведь пылающей тропой мы идём к коммунизму,
Пылающей тропой мы идём к коммунизму.

А при коммунизме все будет ***ись,
Он наступит скоро, надо только подождать,
Там все будет бесплатно, там все будет в кайф,
Там, наверное, вообще не надо будет умирать…

А при коммунизме все будет ***ись,Он наступит скоро,…

А при коммунизме все будет ***ись,
Он наступит скоро, надо только подождать,
Там все будет бесплатно, там все будет в кайф,
Там, наверное, вообще не надо будет умирать…

— Иногда, чтобы сделать шаг в будущее, надо найти в себе смелость, чтобы отказаться от прошлого.
— Для того, чтобы от чего-то отказаться, надо понимать к чему ты идешь.

— Иногда, чтобы сделать шаг в будущее, надо…

— Иногда, чтобы сделать шаг в будущее, надо найти в себе смелость, чтобы отказаться от прошлого.
— Для того, чтобы от чего-то отказаться, надо понимать к чему ты идешь.

Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший…

Для парня, шпионящего на коммунистов, он слишком хороший капиталист.

— Фабрики закрыты, шахты закрыты, запасы угля на исходе. Вы рассматривали вероятность того, что коммунисты могут победить и тогда нас с вами, как предателей своего класса поставят к стенке и расстреляют.
— Как бизнесмен я рассматриваю все возможности. Однако, мистер Девлин, я не предатель своего класса. Я — яркий пример того, чего может достичь рабочий человек.

— Фабрики закрыты, шахты закрыты, запасы угля на…

— Фабрики закрыты, шахты закрыты, запасы угля на исходе. Вы рассматривали вероятность того, что коммунисты могут победить и тогда нас с вами, как предателей своего класса поставят к стенке и расстреляют.
— Как бизнесмен я рассматриваю все возможности. Однако, мистер Девлин, я не предатель своего класса. Я — яркий пример того, чего может достичь рабочий человек.

Не в силах нас ни смех, ни грех
свернуть с пути отважного,
Мы строим счастье сразу всех,
И нам плевать на каждого.

Не в силах нас ни смех, ни грехсвернуть…

Не в силах нас ни смех, ни грех
свернуть с пути отважного,
Мы строим счастье сразу всех,
И нам плевать на каждого.

Но кто сейчас думает о приличиях? Власти Запада в истерике, потому что не управляют своими обществами, с одной стороны, и потому что до них только сейчас доходит простая истина — их нынешняя либеральная демократия уходит в прошлое. Когда-то в СССР говорили о коммунизме как о будущем всего человечества и весьма болезненно реагировали на любые доказательства того, что это не так. Сегодня Западу становится очевидным, что либеральная демократия также не является будущим человечества. Оно (будущее) не определено, и есть множество вариантов того, как оно будет строиться.

Но кто сейчас думает о приличиях? Власти Запада…

Но кто сейчас думает о приличиях? Власти Запада в истерике, потому что не управляют своими обществами, с одной стороны, и потому что до них только сейчас доходит простая истина — их нынешняя либеральная демократия уходит в прошлое. Когда-то в СССР говорили о коммунизме как о будущем всего человечества и весьма болезненно реагировали на любые доказательства того, что это не так. Сегодня Западу становится очевидным, что либеральная демократия также не является будущим человечества. Оно (будущее) не определено, и есть множество вариантов того, как оно будет строиться.

Я не коммунист, я просто человек, и думаю, что мне понятна реакция любого другого человека. Коммунисты такие же люди, как мы. Если они теряют руку и ногу, то страдают так же, как и мы, и умирают они точно так же, как мы. Мать коммуниста такая же женщина, как и всякая мать. Когда она получает трагическое известие о гибели собственного сына, она плачет, как плачут другие матери. Чтобы понять её, мне нет нужды быть коммунистом.

Я не коммунист, я просто человек, и думаю,…

Я не коммунист, я просто человек, и думаю, что мне понятна реакция любого другого человека. Коммунисты такие же люди, как мы. Если они теряют руку и ногу, то страдают так же, как и мы, и умирают они точно так же, как мы. Мать коммуниста такая же женщина, как и всякая мать. Когда она получает трагическое известие о гибели собственного сына, она плачет, как плачут другие матери. Чтобы понять её, мне нет нужды быть коммунистом.

Я убеждён, что победит капитализм… ээ… то есть коммунизм.

Я убеждён, что победит капитализм… ээ… то есть…

Я убеждён, что победит капитализм… ээ… то есть коммунизм.

Секрет хорошей жизни в стране прост: кропотливый труд, соблюдение закона и никакого коммунизма!

Секрет хорошей жизни в стране прост: кропотливый труд,…

Секрет хорошей жизни в стране прост: кропотливый труд, соблюдение закона и никакого коммунизма!

Говорили в советское время, что нынешнее поколение граждан будет жить при коммунизме, а потом объявили, что вместо коммунизма пройдет Олимпиада.

Говорили в советское время, что нынешнее поколение граждан…

Говорили в советское время, что нынешнее поколение граждан будет жить при коммунизме, а потом объявили, что вместо коммунизма пройдет Олимпиада.

Ресурсная политэкономия сопоставлена с ее содержательной критикой в трудах Мизеса, Ротбарда и их многочисленных предтечей и последователей. Однако эти работы, блестящие и по форме, и по содержанию, доказывающие неадекватность логики и практики социалистического строительства, все-таки дают мало оснований для прогнозов и оценок состояния постсоветского ресурсного строительства. Как иллюстрации к содержательной критике социализма можно рассматривать воспоминания жертв репрессий, участников войн, обычных граждан о том, как и какая им нарезалась пайка, как они воевали, сидели, голодали, хоронили близких или бежали из страны, направившей все усилия на достижение великой цели. Разрыв между нормативным политэкономическим описанием, с одной стороны, и критикой и обыденным видением ресурсного государства — с другой, настолько велик, что не поддается преодолению. Это хорошо видно при сравнении риторики «гласности» и современной патриотической риторики. Одни люди верят в нормативные схемы устройства имперской государственности, социализма и формулируемые сейчас конструкции идеального устройства современного российского государства. На этом основании они отказывают в адекватности другому знанию — об имперских и сталинских репрессиях, о голоде при императорах, Сталине, Хрущеве, Брежневе, о бардаке ельцинских времен, о повальном расхищении государственных ресурсов, современном произволе силовиков, о коррупции чиновников всех времен и многом другом. Другие признают адекватными только теоретическое отрицание социализма и обыденное знание о человеконенавистнической практике самодержавия, социалистического и постсоциалистического ресурсоустройства. Эти люди считают стилизованные описания империи, страны Советов и современной государственности злонамеренными спекуляциями или прямой ложью. И этот разрыв между нормативной теорией и описаниями практик ее реализации не может быть залатан никакой пропагандой.

Ресурсная политэкономия сопоставлена с ее содержательной критикой в…

Ресурсная политэкономия сопоставлена с ее содержательной критикой в трудах Мизеса, Ротбарда и их многочисленных предтечей и последователей. Однако эти работы, блестящие и по форме, и по содержанию, доказывающие неадекватность логики и практики социалистического строительства, все-таки дают мало оснований для прогнозов и оценок состояния постсоветского ресурсного строительства. Как иллюстрации к содержательной критике социализма можно рассматривать воспоминания жертв репрессий, участников войн, обычных граждан о том, как и какая им нарезалась пайка, как они воевали, сидели, голодали, хоронили близких или бежали из страны, направившей все усилия на достижение великой цели. Разрыв между нормативным политэкономическим описанием, с одной стороны, и критикой и обыденным видением ресурсного государства — с другой, настолько велик, что не поддается преодолению. Это хорошо видно при сравнении риторики «гласности» и современной патриотической риторики. Одни люди верят в нормативные схемы устройства имперской государственности, социализма и формулируемые сейчас конструкции идеального устройства современного российского государства. На этом основании они отказывают в адекватности другому знанию — об имперских и сталинских репрессиях, о голоде при императорах, Сталине, Хрущеве, Брежневе, о бардаке ельцинских времен, о повальном расхищении государственных ресурсов, современном произволе силовиков, о коррупции чиновников всех времен и многом другом. Другие признают адекватными только теоретическое отрицание социализма и обыденное знание о человеконенавистнической практике самодержавия, социалистического и постсоциалистического ресурсоустройства. Эти люди считают стилизованные описания империи, страны Советов и современной государственности злонамеренными спекуляциями или прямой ложью. И этот разрыв между нормативной теорией и описаниями практик ее реализации не может быть залатан никакой пропагандой.

Свобода всегда находится на расстоянии одного поколения от исчезновения. Мы не передаём её по крови нашим детям. За неё нужно бороться, защищать и передавать, чтобы они поступали так же, иначе однажды мы проведем в закате наших лет, рассказывая нашим детям и детям наших детей, как это было в Соединенных Штатах, где люди были свободны.

Свобода всегда находится на расстоянии одного поколения от…

Свобода всегда находится на расстоянии одного поколения от исчезновения. Мы не передаём её по крови нашим детям. За неё нужно бороться, защищать и передавать, чтобы они поступали так же, иначе однажды мы проведем в закате наших лет, рассказывая нашим детям и детям наших детей, как это было в Соединенных Штатах, где люди были свободны.

В одном я уверен и за это могу отвечать: там, где буду я, коммунизма не будет.

В одном я уверен и за это могу…

В одном я уверен и за это могу отвечать: там, где буду я, коммунизма не будет.

Мы против всех интернационализмов, против коммунизма, против профсоюзного вольнодумства, против всего, что ослабляет, разделяет, распускает семью, против классовой борьбы, против безродных и безбожников, против силы в качестве источника права. Мы против всех великих ересей нашего времени… Наша позиция является антипарламентской, антидемократической, антилиберальной и на её основе мы хотим построить корпоративное государство.

Мы против всех интернационализмов, против коммунизма, против профсоюзного…

Мы против всех интернационализмов, против коммунизма, против профсоюзного вольнодумства, против всего, что ослабляет, разделяет, распускает семью, против классовой борьбы, против безродных и безбожников, против силы в качестве источника права. Мы против всех великих ересей нашего времени… Наша позиция является антипарламентской, антидемократической, антилиберальной и на её основе мы хотим построить корпоративное государство.

Деятельность и самореализация в ней, а не возможный доход от неё становится главным мотивом и главной целью.

Деятельность и самореализация в ней, а не возможный…

Деятельность и самореализация в ней, а не возможный доход от неё становится главным мотивом и главной целью.