Ты с улыбкой как-то спросил меня, —
Отчего так страстно я рвался к трону?
Для чего нужна мне была резня,
Почему без крови не взял корону?

Что тебе ответить, мой милый сын?
Можно было ждать и смотреть бесстрастно,
Видеть над столицей пожарищ дым,
Беспорядки в армии, бунты в графствах.

Петер был от горя упрям, как бес,
Ксав твердил: «Преступник сидит на троне».
Вместе мы писали мой манифест,
И клялись, что Юрия похороним.

Ты с улыбкой как-то спросил меня, —Отчего так…

Ты с улыбкой как-то спросил меня, —
Отчего так страстно я рвался к трону?
Для чего нужна мне была резня,
Почему без крови не взял корону?

Что тебе ответить, мой милый сын?
Можно было ждать и смотреть бесстрастно,
Видеть над столицей пожарищ дым,
Беспорядки в армии, бунты в графствах.

Петер был от горя упрям, как бес,
Ксав твердил: «Преступник сидит на троне».
Вместе мы писали мой манифест,
И клялись, что Юрия похороним.

Честью клянутся и поступаются,
Честью служат и честью просят,
Честь продается и покупается,
Честь добывают и с честью носят.

Честь по чести — как кровь по лезвию:
Стон клинка похоронной вестью.
Честь в ближайшем родстве с бессмертием,
Честь в ближайшем родстве со смертью!

Честью клянутся и поступаются,Честью служат и честью просят,Честь…

Честью клянутся и поступаются,
Честью служат и честью просят,
Честь продается и покупается,
Честь добывают и с честью носят.

Честь по чести — как кровь по лезвию:
Стон клинка похоронной вестью.
Честь в ближайшем родстве с бессмертием,
Честь в ближайшем родстве со смертью!

Узники слова, бредем через ночь — судьба направляет шаг,
И всякий, кто встанет у нас на пути, за нами уйдет во мрак.

Узники слова, бредем через ночь — судьба направляет…

Узники слова, бредем через ночь — судьба направляет шаг,
И всякий, кто встанет у нас на пути, за нами уйдет во мрак.

Скажи и поклянись, скажи, что ерунда,
Умри и поклянись, что любишь навсегда.

Скажи и поклянись, скажи, что ерунда,Умри и поклянись,…

Скажи и поклянись, скажи, что ерунда,
Умри и поклянись, что любишь навсегда.

Кто сказал?

Исполнитель песни
Рубрики клятва
Вы уже голосовали

Любовь не измеряется ничем:
Ни временем, ни клятвами любыми…

Любовь не измеряется ничем:Ни временем, ни клятвами любыми…

Любовь не измеряется ничем:
Ни временем, ни клятвами любыми…

— Кэролайн, ты была моим другом, моей совестью, моим путеводным светом. Ты видела во мне свет, когда я видел лишь тьму. Ты спасла меня от отчаяния. Однажды ты сказала, что я влюблюсь без памяти даже не заметив этого. Так и случилось. День за днём, шаг за шагом, год за годом. В тебя.
— Я помню, как говорила это. Мы танцевали на моём выпускном. Так забавно, что у нас в памяти остаются именно такие вещи. Я помню, как ты сказал, что когда я буду готова принять тебя и ты будешь готов. Я готова. Думаю, часть меня была готова с того мгновенья, когда я впервые увидела тебя. Таинственного незнакомца, в коридоре нашей школы. Я всегда буду помнить это мгновенье. Даже спустя сотни лет я буду помнить его. За нас обоих.

— Кэролайн, ты была моим другом, моей совестью,…

— Кэролайн, ты была моим другом, моей совестью, моим путеводным светом. Ты видела во мне свет, когда я видел лишь тьму. Ты спасла меня от отчаяния. Однажды ты сказала, что я влюблюсь без памяти даже не заметив этого. Так и случилось. День за днём, шаг за шагом, год за годом. В тебя.
— Я помню, как говорила это. Мы танцевали на моём выпускном. Так забавно, что у нас в памяти остаются именно такие вещи. Я помню, как ты сказал, что когда я буду готова принять тебя и ты будешь готов. Я готова. Думаю, часть меня была готова с того мгновенья, когда я впервые увидела тебя. Таинственного незнакомца, в коридоре нашей школы. Я всегда буду помнить это мгновенье. Даже спустя сотни лет я буду помнить его. За нас обоих.

— Как мне известно, жених и невеста написали собственные клятвы.
— Не писали.
— Ладно, хорошо. Сочиняйте. Живо.

— Как мне известно, жених и невеста написали…

— Как мне известно, жених и невеста написали собственные клятвы.
— Не писали.
— Ладно, хорошо. Сочиняйте. Живо.

— Поклянись мне. Поклянись мне чем-то важным.
— Рыбные палочки и заварной крем.

— Поклянись мне. Поклянись мне чем-то важным.— Рыбные…

— Поклянись мне. Поклянись мне чем-то важным.
— Рыбные палочки и заварной крем.

Когда нас с Ходжинсом похоронили заживо, мы написали письма тем, кого любили. На случай, если наши тела когда-нибудь найдут. Ходжинс писал Энджеле, а я написала тебе. «Дорогой агент Бут, ты человек беспорядочный, иррациональный, импульсивный, суеверный и невыносимый. Веришь в призраков, ангелов, а может и в Санта-Клауса. Но из-за тебя, я начала смотреть на Вселенную иначе. Почему простое созерцание твоего лица делает меня такой радостной? Почему я счастлива каждый раз, когда украдкой, глянув на тебя, встречаюсь с твоим взглядом. Любить тебя — бессмыслица. И любить тебя — правильно. Если я выберусь отсюда, то найду время и место, чтобы сказать тебе, что ты делаешь мою жизнь беспорядочной, запутанной, иррациональной и чудесной».
И это время пришло.

Когда нас с Ходжинсом похоронили заживо, мы написали…

Когда нас с Ходжинсом похоронили заживо, мы написали письма тем, кого любили. На случай, если наши тела когда-нибудь найдут. Ходжинс писал Энджеле, а я написала тебе. «Дорогой агент Бут, ты человек беспорядочный, иррациональный, импульсивный, суеверный и невыносимый. Веришь в призраков, ангелов, а может и в Санта-Клауса. Но из-за тебя, я начала смотреть на Вселенную иначе. Почему простое созерцание твоего лица делает меня такой радостной? Почему я счастлива каждый раз, когда украдкой, глянув на тебя, встречаюсь с твоим взглядом. Любить тебя — бессмыслица. И любить тебя — правильно. Если я выберусь отсюда, то найду время и место, чтобы сказать тебе, что ты делаешь мою жизнь беспорядочной, запутанной, иррациональной и чудесной».
И это время пришло.

Знаешь, длительное время мы преследовали друг друга. Преследовали сквозь войны, серийных убийц, призраков и змей. И знаешь: преследовать тебя — было самым умным моим решением. А преследование тобой — было для меня большой радостью. Но теперь нам не нужно больше преследовать, потому что мы поймали друг друга.

Знаешь, длительное время мы преследовали друг друга. Преследовали…

Знаешь, длительное время мы преследовали друг друга. Преследовали сквозь войны, серийных убийц, призраков и змей. И знаешь: преследовать тебя — было самым умным моим решением. А преследование тобой — было для меня большой радостью. Но теперь нам не нужно больше преследовать, потому что мы поймали друг друга.

— Когда мы полюбили друг друга? Когда нам было восемнадцать? Шестнадцать? А может быть, десять лет? Я этого не знаю, потому что не помню времени, когда бы я не любил тебя… Ты — единственная, кто мог посмотреть мне в глаза и увидеть мою душу… Я не сомневаюсь в твоей преданности. Я знаю, что нет ничего, с чем бы мы с тобой не справились. Ты — моя партнёрша и мой самый лучший друг… Это чудо, что ты подарила мне покой и счастье… И во имя этого чуда, я обещаю любить и оберегать тебя вечно…
— Я смотрю на тебя, и вижу моего лучшего друга. Твоя энергия и страсть вдохновляют меня так, как я и представить себе не могла. Твоя внутренняя красота так сильна, что я больше не боюсь быть собой… Я больше ничего не боюсь… Я никогда не думала, что смогу найти человека, который будет так сильно любить меня… И несмотря на то, что мы часто расставались, ты всегда был со мной… Мы — родственные души… Ты наполнил мою жизнь смыслом… Без тебя, моя душа — была бы пуста, моё сердце — разбито, а моя жизнь — бессмысленна. Я благодарю Господа за то, что он подарил мне тебя… Спасибо тебе за твою любовь…

— Когда мы полюбили друг друга? Когда нам…

— Когда мы полюбили друг друга? Когда нам было восемнадцать? Шестнадцать? А может быть, десять лет? Я этого не знаю, потому что не помню времени, когда бы я не любил тебя… Ты — единственная, кто мог посмотреть мне в глаза и увидеть мою душу… Я не сомневаюсь в твоей преданности. Я знаю, что нет ничего, с чем бы мы с тобой не справились. Ты — моя партнёрша и мой самый лучший друг… Это чудо, что ты подарила мне покой и счастье… И во имя этого чуда, я обещаю любить и оберегать тебя вечно…
— Я смотрю на тебя, и вижу моего лучшего друга. Твоя энергия и страсть вдохновляют меня так, как я и представить себе не могла. Твоя внутренняя красота так сильна, что я больше не боюсь быть собой… Я больше ничего не боюсь… Я никогда не думала, что смогу найти человека, который будет так сильно любить меня… И несмотря на то, что мы часто расставались, ты всегда был со мной… Мы — родственные души… Ты наполнил мою жизнь смыслом… Без тебя, моя душа — была бы пуста, моё сердце — разбито, а моя жизнь — бессмысленна. Я благодарю Господа за то, что он подарил мне тебя… Спасибо тебе за твою любовь…

– Жаль, у меня с собой нет ножей, мы бы поклялись на крови.
– В следующий раз.
– Да-да, в следующий раз это уже прогресс.

– Жаль, у меня с собой нет ножей,…

– Жаль, у меня с собой нет ножей, мы бы поклялись на крови.
– В следующий раз.
– Да-да, в следующий раз это уже прогресс.

— Пойдем со мной и я помогу тебе отыскать Невию.
— Знаешь, в другой жизни мы могли бы быть как братья, но не в этой. Здесь мы соперники. Я должен заработать свою свободу на арене.
— Тогда мы оба стоим друг у друга на пути. И оба правы.
— Если я завтра умру, поклянись, что найдешь Невию.
— А если умру я, поклянись, что убьешь Батиата.
— Значит, до завтра. Один из нас умрет.
— Видимо, так было суждено всегда…

— Пойдем со мной и я помогу тебе…

— Пойдем со мной и я помогу тебе отыскать Невию.
— Знаешь, в другой жизни мы могли бы быть как братья, но не в этой. Здесь мы соперники. Я должен заработать свою свободу на арене.
— Тогда мы оба стоим друг у друга на пути. И оба правы.
— Если я завтра умру, поклянись, что найдешь Невию.
— А если умру я, поклянись, что убьешь Батиата.
— Значит, до завтра. Один из нас умрет.
— Видимо, так было суждено всегда…

Не принуждай меня оставить тебя,
Или не последовать за тобой
И куда ты пойдешь, я пойду,
И где ты будешь жить, там и я буду жить.
Народ твой будет моим народом, и твой Бог мой Бог.
Где ты умрешь, я умру, и там меня похоронят.
Ангел сделай это для меня, и еще больше,
И ничего, кроме смерти не разлучит тебя и меня.

Не принуждай меня оставить тебя,Или не последовать за…

Не принуждай меня оставить тебя,
Или не последовать за тобой
И куда ты пойдешь, я пойду,
И где ты будешь жить, там и я буду жить.
Народ твой будет моим народом, и твой Бог мой Бог.
Где ты умрешь, я умру, и там меня похоронят.
Ангел сделай это для меня, и еще больше,
И ничего, кроме смерти не разлучит тебя и меня.

— Тебе не обязательно клясться, брат, ты и так заплатил слишком высокую цену за верность мне.
— И все же, я поклянусь быть верным тебе, Рагнар.

— Тебе не обязательно клясться, брат, ты и…

— Тебе не обязательно клясться, брат, ты и так заплатил слишком высокую цену за верность мне.
— И все же, я поклянусь быть верным тебе, Рагнар.

В горах, когда вождь объявляет войну, он поджигает крест, который служит знаком всем землям клана. Это призыв, чтобы его мужчины взялись за оружие и подготовились к битве. Мы друзья, соседи, поселенцы, но мы не клан, а я не ваш вождь. Но я надеюсь, что если этот день наступит, вы все будете стоять вместе со мной. Мы не можем знать, что нас ждет, но мы должны быть готовы дать клятву не только нашим женам и близким, но и нашим братьям по оружию в этой новой стране.

В горах, когда вождь объявляет войну, он поджигает…

В горах, когда вождь объявляет войну, он поджигает крест, который служит знаком всем землям клана. Это призыв, чтобы его мужчины взялись за оружие и подготовились к битве. Мы друзья, соседи, поселенцы, но мы не клан, а я не ваш вождь. Но я надеюсь, что если этот день наступит, вы все будете стоять вместе со мной. Мы не можем знать, что нас ждет, но мы должны быть готовы дать клятву не только нашим женам и близким, но и нашим братьям по оружию в этой новой стране.

Карло — гадкий мужчина с больным сердцем. Когда мы поженились, он клялся, что умрёт до семидесяти. Ему восемьдесят! И если он не соблюдает супружескую клятву, почему должна я?

Карло — гадкий мужчина с больным сердцем. Когда…

Карло — гадкий мужчина с больным сердцем. Когда мы поженились, он клялся, что умрёт до семидесяти. Ему восемьдесят! И если он не соблюдает супружескую клятву, почему должна я?

— Вы желаете отомстить, миссис?
— Ее сдерживает клятва. Ей нельзя убивать, даже ради своего спасения. Но за нее готов убить я.
— И я.
— И я, миледи.

— Вы желаете отомстить, миссис?— Ее сдерживает клятва.…

— Вы желаете отомстить, миссис?
— Ее сдерживает клятва. Ей нельзя убивать, даже ради своего спасения. Но за нее готов убить я.
— И я.
— И я, миледи.

— Вот поэтому я должен тебя заключить. Ты вызываешь верность, в том числе, в моих людях.
— Гутред, я дал тебе свое слово, свой меч!
— А мне нужны две сотни мечей! Мне нужны две сотни людей! Столько ты и стоишь. Двести христианских мужей Беббанбурга.
— От дяди Эльфрика?
— Он просил твою голову. Но рабства, я уверен, ему хватит.
— Лучше было бы убить меня, но тебе не достает отваги. Убей меня, с мечем в руке!
— Сестра ни за что меня не простит. Прощай, Осберт.
— Убей меня, или я вернусь. Клянусь тебе!

— Вот поэтому я должен тебя заключить. Ты…

— Вот поэтому я должен тебя заключить. Ты вызываешь верность, в том числе, в моих людях.
— Гутред, я дал тебе свое слово, свой меч!
— А мне нужны две сотни мечей! Мне нужны две сотни людей! Столько ты и стоишь. Двести христианских мужей Беббанбурга.
— От дяди Эльфрика?
— Он просил твою голову. Но рабства, я уверен, ему хватит.
— Лучше было бы убить меня, но тебе не достает отваги. Убей меня, с мечем в руке!
— Сестра ни за что меня не простит. Прощай, Осберт.
— Убей меня, или я вернусь. Клянусь тебе!

— Ты подвел его.
— Один раз.
— Три раза.
— Один! Я совершил одну ошибку — поклялся дать Альфреду год службы.
— Ты отдал всю жизнь.
— Вторую клятву я принес, потому что не было выбора.
— Выбор есть всегда.
— После битвы при Этандуне, когда Рагнар попал в плен к Альфреду, он был отправлен на север освободить меня из рабства.
— Я знаю.
— Рагнар спас меня. Затем мы отправились за Гизелой и там я убил священника. А Рагнар не помешал этого сделать. И потому, раз я был в ведении Рагнара, Альфред обвинил его. Он был готов судить его и казнить. Мне оставалось либо дать новую клятву Альфреду, либо отдать жизнь брата.
— И Рагнар не знал?… [Брида целует Утреда] Это от Рагнара. И от меня.

— Ты подвел его.— Один раз.— Три раза.—…

— Ты подвел его.
— Один раз.
— Три раза.
— Один! Я совершил одну ошибку — поклялся дать Альфреду год службы.
— Ты отдал всю жизнь.
— Вторую клятву я принес, потому что не было выбора.
— Выбор есть всегда.
— После битвы при Этандуне, когда Рагнар попал в плен к Альфреду, он был отправлен на север освободить меня из рабства.
— Я знаю.
— Рагнар спас меня. Затем мы отправились за Гизелой и там я убил священника. А Рагнар не помешал этого сделать. И потому, раз я был в ведении Рагнара, Альфред обвинил его. Он был готов судить его и казнить. Мне оставалось либо дать новую клятву Альфреду, либо отдать жизнь брата.
— И Рагнар не знал?… [Брида целует Утреда] Это от Рагнара. И от меня.