— Будь это «Тонипиканка» она бы всё съела.
— Достал!

— Будь это «Тонипиканка» она бы всё съела.—…

— Будь это «Тонипиканка» она бы всё съела.
— Достал!

— Стручки где?! Съел?
— Я? Я не один! Мы вдвоём!
— С кем?
— С тобой!
— Как?
— А так. Ты два стручка принёс, как раз для нас двоих. Ты не думай, я тебя не обделил. Сам я маленький стручок съел, а за тебя второй, побольше! Правда, вкусный?
— Всё верно. Всё сходится. Только одно непонятно: почему мне есть хочется?

— Стручки где?! Съел?— Я? Я не один!…

— Стручки где?! Съел?
— Я? Я не один! Мы вдвоём!
— С кем?
— С тобой!
— Как?
— А так. Ты два стручка принёс, как раз для нас двоих. Ты не думай, я тебя не обделил. Сам я маленький стручок съел, а за тебя второй, побольше! Правда, вкусный?
— Всё верно. Всё сходится. Только одно непонятно: почему мне есть хочется?

Какой такой павлин-мавлин? Не видишь — мы кюшаем.

Какой такой павлин-мавлин? Не видишь — мы кюшаем.

Какой такой павлин-мавлин? Не видишь — мы кюшаем.

Для вкусных тортов нужны отборные ягоды.

Для вкусных тортов нужны отборные ягоды.

Для вкусных тортов нужны отборные ягоды.

— Идиот! Подумай о нашем мёртвом брате [собственным хвостом не даёт брату украсть рыбу с могилы]
— Мёртвый Мульманчхо не сможет есть.
— Заткнись! Все хотят есть, но мы должны быть вежливы с нашим братом.

— Идиот! Подумай о нашем мёртвом брате [собственным…

— Идиот! Подумай о нашем мёртвом брате [собственным хвостом не даёт брату украсть рыбу с могилы]
— Мёртвый Мульманчхо не сможет есть.
— Заткнись! Все хотят есть, но мы должны быть вежливы с нашим братом.

— Эй, ты, птичка, летим со мной, там столько вкусного!!!
— Столько? [разводя крылья]
— Не-е, [мотая головой и сближая крылья Страуса] во! [сжимая «большое» и «указательное» перья, затем выставляя «большое» вверх] ВО!

— Эй, ты, птичка, летим со мной, там…

— Эй, ты, птичка, летим со мной, там столько вкусного!!!
— Столько? [разводя крылья]
— Не-е, [мотая головой и сближая крылья Страуса] во! [сжимая «большое» и «указательное» перья, затем выставляя «большое» вверх] ВО!

Ну, вот так всегда — ни сисек, и ни мороженого…

Ну, вот так всегда — ни сисек, и…

Ну, вот так всегда — ни сисек, и ни мороженого…

— А с чем пироги-то?
— А с сурпризом.

— А с чем пироги-то?— А с сурпризом.

— А с чем пироги-то?
— А с сурпризом.

Одиночество и гамбургеры — это адская смесь!

Одиночество и гамбургеры — это адская смесь!

Одиночество и гамбургеры — это адская смесь!

— Но для чего? Что ей нужно от меня?
— У нее потребность любить, наверное… Любить что-то помимо себя. А возможно… она просто хочет что-нибудь съесть.
— Съесть? Чушь какая-то! Мамы не едят дочек.
— Кто его знает. А вдруг ты вкусная?

— Но для чего? Что ей нужно от…

— Но для чего? Что ей нужно от меня?
— У нее потребность любить, наверное… Любить что-то помимо себя. А возможно… она просто хочет что-нибудь съесть.
— Съесть? Чушь какая-то! Мамы не едят дочек.
— Кто его знает. А вдруг ты вкусная?

— А вообще я объелась так, что вообще. Объелась сумасшедше.
— Мороженое хочешь?
— Мороженое хочу, мороженое буду, да.

— А вообще я объелась так, что вообще.…

— А вообще я объелась так, что вообще. Объелась сумасшедше.
— Мороженое хочешь?
— Мороженое хочу, мороженое буду, да.

— Шмульке, вы знаете за что я получил свой первый железный крест?
— Никак нет.
— За то, что я спас целый полк от неминуемой гибели.
— Каким образом, господин майор?
— Я пристрелил полкового повара, Шмульке. (достаёт пистолет Люгера)

— Шмульке, вы знаете за что я получил…

— Шмульке, вы знаете за что я получил свой первый железный крест?
— Никак нет.
— За то, что я спас целый полк от неминуемой гибели.
— Каким образом, господин майор?
— Я пристрелил полкового повара, Шмульке. (достаёт пистолет Люгера)

— Шмульке, вы знаете чем отличается настоящий солдат Первого Рейхсмата от сосиски?
— Нет.
— Тем, что настоящий солдат всегда готов, а сосиску ещё варить надо!

— Шмульке, вы знаете чем отличается настоящий солдат…

— Шмульке, вы знаете чем отличается настоящий солдат Первого Рейхсмата от сосиски?
— Нет.
— Тем, что настоящий солдат всегда готов, а сосиску ещё варить надо!

— Папа, а что мы сегодня будем кушать?
— Все!
— И хлебушек?
— И хлебушек.
— Все-все и хлебушек?
— Нет, хлебушек и все!

— Папа, а что мы сегодня будем кушать?—…

— Папа, а что мы сегодня будем кушать?
— Все!
— И хлебушек?
— И хлебушек.
— Все-все и хлебушек?
— Нет, хлебушек и все!

Еще один бзик, особенно женщины любят эту штуку — это сыроедение. «Дорогой, продукты надо есть такими, какими их создала природа». Знаете, в чем фишка? Она просто не умеет готовить. Она очень хитрая плохая хозяйка. Завтра она скажет, что эти сырые овощи надо есть непременно из немытой посуды и исключительно в нестираных штанах — так лучше усваивается.

Еще один бзик, особенно женщины любят эту штуку…

Еще один бзик, особенно женщины любят эту штуку — это сыроедение. «Дорогой, продукты надо есть такими, какими их создала природа». Знаете, в чем фишка? Она просто не умеет готовить. Она очень хитрая плохая хозяйка. Завтра она скажет, что эти сырые овощи надо есть непременно из немытой посуды и исключительно в нестираных штанах — так лучше усваивается.

Приехать на Казанский вокзал и купить чебурек — вот что значит «билет в один конец».

Приехать на Казанский вокзал и купить чебурек —…

Приехать на Казанский вокзал и купить чебурек — вот что значит «билет в один конец».

Я бы хотел поговорить с вами о «принципе сосиски». Теория гласит: «Если вы любите что-то, никогда не пытайтесь узнать, как оно делается».

Я бы хотел поговорить с вами о «принципе…

Я бы хотел поговорить с вами о «принципе сосиски». Теория гласит: «Если вы любите что-то, никогда не пытайтесь узнать, как оно делается».

Завтрак в постель – это фантазия. Он даёт тебе возможность снова заснуть, когда закончишь. Будто говоришь себе: «Ну как-то грубо подскакивать сразу после еды. Подождём полдника в постель…» Фишка завтрака в постель в том, что ты лежишь на спине и ешь бекон. Самую прекрасную вещь на свете. Бекон лучший! Даже звук при его жарке похож на аплодисменты. Бекон так хорош, что любую еду можно улучшить, завернув её в бекон. Если бы не бекон, никто и никогда не узнал бы, что такое водяной орех. А маленькие кусочки бекона? Это же просто волшебная пыльца фей в мире еды. Печёную картошку желаете? Немного кусочков бекона – и это лучшее блюдо дня.
Существует не так много способов приготовить бекон. Его можно пожарить. Или заработать ботулизм. Удивительно, насколько он ужаривается. Полкило превращается в закладку. И ещё один недостаток бекона – бекон пробуждает жажду. Жажду бекона. Я никогда не съедал достаточно бекона. На завтрак всё как-то впопыхах. «Вот, две несчастных полосочки бекона». И всё равно потом: «Но я хочу ещё! Ещё бекона!»

Завтрак в постель – это фантазия. Он даёт…

Завтрак в постель – это фантазия. Он даёт тебе возможность снова заснуть, когда закончишь. Будто говоришь себе: «Ну как-то грубо подскакивать сразу после еды. Подождём полдника в постель…» Фишка завтрака в постель в том, что ты лежишь на спине и ешь бекон. Самую прекрасную вещь на свете. Бекон лучший! Даже звук при его жарке похож на аплодисменты. Бекон так хорош, что любую еду можно улучшить, завернув её в бекон. Если бы не бекон, никто и никогда не узнал бы, что такое водяной орех. А маленькие кусочки бекона? Это же просто волшебная пыльца фей в мире еды. Печёную картошку желаете? Немного кусочков бекона – и это лучшее блюдо дня.
Существует не так много способов приготовить бекон. Его можно пожарить. Или заработать ботулизм. Удивительно, насколько он ужаривается. Полкило превращается в закладку. И ещё один недостаток бекона – бекон пробуждает жажду. Жажду бекона. Я никогда не съедал достаточно бекона. На завтрак всё как-то впопыхах. «Вот, две несчастных полосочки бекона». И всё равно потом: «Но я хочу ещё! Ещё бекона!»

Мы не любим задумываться о том, что мы едим. Я люблю хот-доги. Но хот-доги нельзя есть на улице. Потому что всегда найдётся такой друг, который скажет: «А знаешь, из чего их делают?» А мне неинтересно. Потому что хот-доги – как стриптизёрши: никого не интересует их биография.

Мы не любим задумываться о том, что мы…

Мы не любим задумываться о том, что мы едим. Я люблю хот-доги. Но хот-доги нельзя есть на улице. Потому что всегда найдётся такой друг, который скажет: «А знаешь, из чего их делают?» А мне неинтересно. Потому что хот-доги – как стриптизёрши: никого не интересует их биография.

Наше сегодняшнее выступление мы посвящаем дамам бальзаковского возраста. Многие мужчины сбрасывают их со счетов, но мы-то знаем: чем старше дама, тем вкуснее борщ.

Наше сегодняшнее выступление мы посвящаем дамам бальзаковского возраста.…

Наше сегодняшнее выступление мы посвящаем дамам бальзаковского возраста. Многие мужчины сбрасывают их со счетов, но мы-то знаем: чем старше дама, тем вкуснее борщ.