Унижать других гораздо худший вид гордыни, чем превозносить себя не по заслугам.

Унижать других гораздо худший вид гордыни, чем превозносить…

Унижать других гораздо худший вид гордыни, чем превозносить себя не по заслугам.

Когда-то я думал, что без женской близости мне не обойтись, а теперь я ее боюсь хуже смерти, и хоть меня часто тревожат самые злые искушения, но едва вспомню, что такое женщина, все искушения тут же исчезают и ко мне возвращаются мои свобода и покой.

Когда-то я думал, что без женской близости мне…

Когда-то я думал, что без женской близости мне не обойтись, а теперь я ее боюсь хуже смерти, и хоть меня часто тревожат самые злые искушения, но едва вспомню, что такое женщина, все искушения тут же исчезают и ко мне возвращаются мои свобода и покой.

Что пользы в том, что ты многое знал, раз ты не умел применять твои знания к твоим нуждам?

Что пользы в том, что ты многое знал,…

Что пользы в том, что ты многое знал, раз ты не умел применять твои знания к твоим нуждам?

Подобно тому как тень не может родиться и держаться сама по себе, так и слава: если фундаментом ей не служит добродетель, она не может быть ни истинной, ни прочной.

Подобно тому как тень не может родиться и…

Подобно тому как тень не может родиться и держаться сама по себе, так и слава: если фундаментом ей не служит добродетель, она не может быть ни истинной, ни прочной.

Истинно благородный человек не рождается с великой душой, но сам себя делает таковым великолепными своими делами.

Истинно благородный человек не рождается с великой душой,…

Истинно благородный человек не рождается с великой душой, но сам себя делает таковым великолепными своими делами.

Хочешь, чтобы хвалили твои сочинения? Умри! Со смерти человека начинается людская благосклонность, и конец жизни — начало славы.

Хочешь, чтобы хвалили твои сочинения? Умри! Со смерти…

Хочешь, чтобы хвалили твои сочинения? Умри! Со смерти человека начинается людская благосклонность, и конец жизни — начало славы.

Нет выше свободы, чем свобода суждения, и, признавая ее за другими, я требую ее для себя.

Нет выше свободы, чем свобода суждения, и, признавая…

Нет выше свободы, чем свобода суждения, и, признавая ее за другими, я требую ее для себя.

Раз человек желает избавиться от своего жалкого состояния, желает искренне и вполне, — такое желание не может быть безуспешным.

Раз человек желает избавиться от своего жалкого состояния,…

Раз человек желает избавиться от своего жалкого состояния, желает искренне и вполне, — такое желание не может быть безуспешным.

Питать свой ум многими книгами без всякого выбора — значит лишать его собственной силы полета и даже совсем губить его.

Питать свой ум многими книгами без всякого выбора…

Питать свой ум многими книгами без всякого выбора — значит лишать его собственной силы полета и даже совсем губить его.

Добиваться власти для спокойствия и безопасности значит — взбираться на вулкан для того, чтобы укрыться от бури.

Добиваться власти для спокойствия и безопасности значит —…

Добиваться власти для спокойствия и безопасности значит — взбираться на вулкан для того, чтобы укрыться от бури.

Там, где дни облачны и кратки, родится племя, которому умирать не больно.

Там, где дни облачны и кратки, родится племя,…

Там, где дни облачны и кратки, родится племя, которому умирать не больно.

Надежда и желание взаимно подстрекают друг друга, так что когда одно холодеет, то и другое стынет, и когда одно разгорается, то закипает другое.

Надежда и желание взаимно подстрекают друг друга, так…

Надежда и желание взаимно подстрекают друг друга, так что когда одно холодеет, то и другое стынет, и когда одно разгорается, то закипает другое.

Человечество грубо делится на две группы: на любящих кошек и на обделенных жизнью.

Человечество грубо делится на две группы: на любящих…

Человечество грубо делится на две группы: на любящих кошек и на обделенных жизнью.

Всякий, кто пытается выйти из общего стада, становиться общественным врагом. Почему, скажите на милость?

Всякий, кто пытается выйти из общего стада, становиться…

Всякий, кто пытается выйти из общего стада, становиться общественным врагом. Почему, скажите на милость?