— Демельза сама из семьи шахтеров. Ее отец работает в Иллагане.
— Может хотите, чтобы он работал с нами?
— Да я лучше себе вилку в глаз воткну.

— Демельза сама из семьи шахтеров. Ее отец…

— Демельза сама из семьи шахтеров. Ее отец работает в Иллагане.
— Может хотите, чтобы он работал с нами?
— Да я лучше себе вилку в глаз воткну.

— Карточные игры, шлюхи — все джентльмены порой себе позволяют.
— Не я.
— С каких пор?
— С тех пор, как женился.

— Карточные игры, шлюхи — все джентльмены порой…

— Карточные игры, шлюхи — все джентльмены порой себе позволяют.
— Не я.
— С каких пор?
— С тех пор, как женился.

— То, о чем она не знает, не причинит ей боли.
— Зато подозрения причинят.

— То, о чем она не знает, не…

— То, о чем она не знает, не причинит ей боли.
— Зато подозрения причинят.

— Я подумала, что ты заночуешь в городе.
— У меня есть дом, разве нет? И жена.
— Порой, я об этом забываю…
— Что я здесь живу?
— Что я твоя жена.
— Так я тебе напомню.

— Я подумала, что ты заночуешь в городе.—…

— Я подумала, что ты заночуешь в городе.
— У меня есть дом, разве нет? И жена.
— Порой, я об этом забываю…
— Что я здесь живу?
— Что я твоя жена.
— Так я тебе напомню.

— Если мы не остановимся, слухи станут правдой.
— Так пусть станут правдой.

— Если мы не остановимся, слухи станут правдой.—…

— Если мы не остановимся, слухи станут правдой.
— Так пусть станут правдой.

Надеюсь, мне никогда не придется испытать «мягкость» этого суда на себе.

Надеюсь, мне никогда не придется испытать «мягкость» этого…

Надеюсь, мне никогда не придется испытать «мягкость» этого суда на себе.

— Что-то еще?
— Да. Перестань вести себя так, будто я совершенно предсказуем.

— Что-то еще?— Да. Перестань вести себя так,…

— Что-то еще?
— Да. Перестань вести себя так, будто я совершенно предсказуем.

— Духи скрывают много грехов.
— Как и деньги.

— Духи скрывают много грехов.— Как и деньги.

— Духи скрывают много грехов.
— Как и деньги.

— Береги свою свободу, кузен.
— Она в опасности?
— Множество девушек с радостью сменят фамилию на Полдарк.

— Береги свою свободу, кузен.— Она в опасности?—…

— Береги свою свободу, кузен.
— Она в опасности?
— Множество девушек с радостью сменят фамилию на Полдарк.

Я кое-что потерял. Поехал искать это. Нашел и возвращаюсь домой.

Я кое-что потерял. Поехал искать это. Нашел и…

Я кое-что потерял. Поехал искать это. Нашел и возвращаюсь домой.

— Ты изводишь себя работой.
— Работа не дает мне бед натворить.

— Ты изводишь себя работой.— Работа не дает…

— Ты изводишь себя работой.
— Работа не дает мне бед натворить.

— Красивый у тебя шрам. Заработал в настоящем бою или опять подрался за игрой в карты?
— От старых привычек трудно отказаться.

— Красивый у тебя шрам. Заработал в настоящем…

— Красивый у тебя шрам. Заработал в настоящем бою или опять подрался за игрой в карты?
— От старых привычек трудно отказаться.

— Жаль, что ты не танцуешь, Росс.
— Спасибо американскому мушкету, что избавил меня от этой пытки.

— Жаль, что ты не танцуешь, Росс.— Спасибо…

— Жаль, что ты не танцуешь, Росс.
— Спасибо американскому мушкету, что избавил меня от этой пытки.

— Как там война, сэр?
— Как и любая другая, мэм — хороших людей убивают.

— Как там война, сэр?— Как и любая…

— Как там война, сэр?
— Как и любая другая, мэм — хороших людей убивают.

— Тебе приятно воротить нос от общества, потому что ты считаешь себя выше его и правящих им тонкостей.
— Не выше. Просто я к нему равнодушен.

— Тебе приятно воротить нос от общества, потому…

— Тебе приятно воротить нос от общества, потому что ты считаешь себя выше его и правящих им тонкостей.
— Не выше. Просто я к нему равнодушен.

— Полярная не самая яркая звезда в небесах.
— А какая же?
— Сириус, собачья звезда. Вполне подходит… Ведь свою звезду я нашел в бою за собаку.

— Полярная не самая яркая звезда в небесах.—…

— Полярная не самая яркая звезда в небесах.
— А какая же?
— Сириус, собачья звезда. Вполне подходит… Ведь свою звезду я нашел в бою за собаку.

— Ты ужасный!
— Ты отвратительная!
— Я тебе голову откручу!
— Всенепременно! Как только родишь нашего ребенка…

— Ты ужасный!— Ты отвратительная!— Я тебе голову…

— Ты ужасный!
— Ты отвратительная!
— Я тебе голову откручу!
— Всенепременно! Как только родишь нашего ребенка…

— Ты сказал, что после Джулии больше не хочешь…
— Не хотел. И не хочу. Одна лишь мысль, что ребенок поселится в наших сердцах, и мы вновь его потеряем — ты можешь это вынести? Я нет. Но если ребенок уже есть — это иное. Ребенок — это не мысль, это плоть и кровь. Если ты сможешь рискнуть сердцем снова…
— Смогу.
— Тогда смогу и я.

— Ты сказал, что после Джулии больше не…

— Ты сказал, что после Джулии больше не хочешь…
— Не хотел. И не хочу. Одна лишь мысль, что ребенок поселится в наших сердцах, и мы вновь его потеряем — ты можешь это вынести? Я нет. Но если ребенок уже есть — это иное. Ребенок — это не мысль, это плоть и кровь. Если ты сможешь рискнуть сердцем снова…
— Смогу.
— Тогда смогу и я.

— Планы старой шахты? Хорошая мысль, сэр.
— Какая?
— Та, которую вы думаете, сэр.
— Я думал, пнуть тебя отсюда до самого Соула.

— Планы старой шахты? Хорошая мысль, сэр.— Какая?—…

— Планы старой шахты? Хорошая мысль, сэр.
— Какая?
— Та, которую вы думаете, сэр.
— Я думал, пнуть тебя отсюда до самого Соула.

— Что тебя оскорбляет, Росс? Что мы, Уорлегганы, осмелились выбраться из нищеты и претендовать на аристократизм?
— Бедность меня не оскорбляет, ровно как и стремление к большему. Но ты ошибаешься, если считаешь, будто жадность и эксплуатация — это признаки джентльмена.

— Что тебя оскорбляет, Росс? Что мы, Уорлегганы,…

— Что тебя оскорбляет, Росс? Что мы, Уорлегганы, осмелились выбраться из нищеты и претендовать на аристократизм?
— Бедность меня не оскорбляет, ровно как и стремление к большему. Но ты ошибаешься, если считаешь, будто жадность и эксплуатация — это признаки джентльмена.