Подняла взгляд на невозмутимую зеленую физиономию, но этот гад только ласково мне улыбнулся и обратился к Шахерезаде Адовне:
— Спасибо за срочность. Я в долгу не останусь.
— Что вы, господин Феликс, как можно, — потупилась мохнатая Адовна, у которой даже пятачок покраснел. — Все для вас.
— Рад, что у нас такие сознательные работники. — Улыбка кикимора снова озарила существование несчастной чертовки, которой явно ничего, кроме этого, не светило.
Дама гордо выпрямилась, щелкнула копытами и отрапортовала:
— Служу Малахиту!
— Чудесно, — возрадовалось… начальство, что ли?! — Юля, мы можем идти.
И мы покинули гостеприимный кабинет под номером «666».

Подняла взгляд на невозмутимую зеленую физиономию, но этот…

Подняла взгляд на невозмутимую зеленую физиономию, но этот гад только ласково мне улыбнулся и обратился к Шахерезаде Адовне:
— Спасибо за срочность. Я в долгу не останусь.
— Что вы, господин Феликс, как можно, — потупилась мохнатая Адовна, у которой даже пятачок покраснел. — Все для вас.
— Рад, что у нас такие сознательные работники. — Улыбка кикимора снова озарила существование несчастной чертовки, которой явно ничего, кроме этого, не светило.
Дама гордо выпрямилась, щелкнула копытами и отрапортовала:
— Служу Малахиту!
— Чудесно, — возрадовалось… начальство, что ли?! — Юля, мы можем идти.
И мы покинули гостеприимный кабинет под номером «666».