— Чудесная ночь. Это «Der zauberberg».
— Томас Манн, «Волшебная гора»?
— Отличное место, чтобы забывать. Напали на Китай, — и забыли. Посадили Маньчжурских марионеток, — забыли. Вышли из Лиги Наций, — забыли. Весь мир сделали своим врагом, — забыли.

— Чудесная ночь. Это «Der zauberberg».— Томас Манн,…

— Чудесная ночь. Это «Der zauberberg».
— Томас Манн, «Волшебная гора»?
— Отличное место, чтобы забывать. Напали на Китай, — и забыли. Посадили Маньчжурских марионеток, — забыли. Вышли из Лиги Наций, — забыли. Весь мир сделали своим врагом, — забыли.

Мы сейчас живем от секунды к секунде, каждая из которых бесценна.

Мы сейчас живем от секунды к секунде, каждая…

Мы сейчас живем от секунды к секунде, каждая из которых бесценна.

— Мы похожи на Ахиллеса, который пытается догнать черепаху, отстав от нее на двадцать лет. Путь в двадцать лет мы проделываем за пять, но за это время черепаха уползает вперед еще на пять лет, эти пять лет мы пробегаем за год и так далее.
— Так нам придется без конца за ней гонятся…
— Пока ничего другого нам не остается, но когда-нибудь мы ее догоним и перегоним!
— А нельзя ли сразу стать пусть маленькой, но черепашкой?

— Мы похожи на Ахиллеса, который пытается догнать…

— Мы похожи на Ахиллеса, который пытается догнать черепаху, отстав от нее на двадцать лет. Путь в двадцать лет мы проделываем за пять, но за это время черепаха уползает вперед еще на пять лет, эти пять лет мы пробегаем за год и так далее.
— Так нам придется без конца за ней гонятся…
— Пока ничего другого нам не остается, но когда-нибудь мы ее догоним и перегоним!
— А нельзя ли сразу стать пусть маленькой, но черепашкой?

Вдохновение открывает нам будущее.

Вдохновение открывает нам будущее.

Вдохновение открывает нам будущее.