— Как считаешь, у кого больше всего оружия?
— У армии.
— Увы, это не так. 60% всего оружия находится в руках у гражданских. Вооружён каждый десятый. Ещё 37% — это армия и полиция. Группировки повстанцев часто попадают в выпуски новостей, но у них меньше одной десятой процента. Сегодня днём ты сказал «Если нормальному человеку дать в руки оружие, он может такое натворить…» И как думаешь, где же эти нормальные люди? В нашем мире оружие всегда под рукой, и, увы, ему доверяют больше, чем доброте.

— Как считаешь, у кого больше всего оружия?—…

— Как считаешь, у кого больше всего оружия?
— У армии.
— Увы, это не так. 60% всего оружия находится в руках у гражданских. Вооружён каждый десятый. Ещё 37% — это армия и полиция. Группировки повстанцев часто попадают в выпуски новостей, но у них меньше одной десятой процента. Сегодня днём ты сказал «Если нормальному человеку дать в руки оружие, он может такое натворить…» И как думаешь, где же эти нормальные люди? В нашем мире оружие всегда под рукой, и, увы, ему доверяют больше, чем доброте.

Если абсолютно нормальному человеку дать в руки оружие, он может такое натворить… Причём он даже не поймёт, что его на это толкнуло. Такая вот в оружии дьявольская сила.

Если абсолютно нормальному человеку дать в руки оружие,…

Если абсолютно нормальному человеку дать в руки оружие, он может такое натворить… Причём он даже не поймёт, что его на это толкнуло. Такая вот в оружии дьявольская сила.

— Мне кажется, я смогу тебе верить… немного…
— Не верь никому.

— Мне кажется, я смогу тебе верить… немного…—…

— Мне кажется, я смогу тебе верить… немного…
— Не верь никому.