В школе особым лоботрясом не был. Не лучший ученик, но и не худший. Всегда вовремя соображал, что главное, что нет, потому и на экзаменах выкручивался неплохо.

В школе особым лоботрясом не был. Не лучший…

В школе особым лоботрясом не был. Не лучший ученик, но и не худший. Всегда вовремя соображал, что главное, что нет, потому и на экзаменах выкручивался неплохо.

Мало ли народу до рассвета в конторах горбатится? Особенно программисты всякие. Весь народ домой ушел, а эти сидят себе в одиночку и в системе ковыряются. Нельзя же компьютеры отключать, когда все работают.

Мало ли народу до рассвета в конторах горбатится?…

Мало ли народу до рассвета в конторах горбатится? Особенно программисты всякие. Весь народ домой ушел, а эти сидят себе в одиночку и в системе ковыряются. Нельзя же компьютеры отключать, когда все работают.

Времена сейчас такие. Никогда не знаешь, откуда за тобой камера подглядывает.

Времена сейчас такие. Никогда не знаешь, откуда за…

Времена сейчас такие. Никогда не знаешь, откуда за тобой камера подглядывает.

Сколько силы бог ни дает, у всего есть пределы.

Сколько силы бог ни дает, у всего есть…

Сколько силы бог ни дает, у всего есть пределы.

Одинаковых людей не бывает. Будь они даже кровные братья.

Одинаковых людей не бывает. Будь они даже кровные…

Одинаковых людей не бывает. Будь они даже кровные братья.

Куриц чем только не пичкают. Гормоны роста и все такое. Этих кур разводят в тесных темных курятниках, всю жизнь колют им что ни попадя и кормят всякой химией, а потом сажают на ленточный конвейер и механическим топором отрубают голову.

Куриц чем только не пичкают. Гормоны роста и…

Куриц чем только не пичкают. Гормоны роста и все такое. Этих кур разводят в тесных темных курятниках, всю жизнь колют им что ни попадя и кормят всякой химией, а потом сажают на ленточный конвейер и механическим топором отрубают голову.

Огромный мегаполис просыпается у нас на глазах. Электрички всех цветов радуги бегут в разные стороны, миллионы пассажиров перебираются с места на место. Каждый из людей — отдельная личность. И в то же время все они, взятые вместе, — безымянная часть огромного механизма. Единое нечто, образующее часть чего-то еще. Организованно и эффективно эти люди выполняют Вспомогательную Роль в процессе, который куда важнее их персональных жизней.

Огромный мегаполис просыпается у нас на глазах. Электрички…

Огромный мегаполис просыпается у нас на глазах. Электрички всех цветов радуги бегут в разные стороны, миллионы пассажиров перебираются с места на место. Каждый из людей — отдельная личность. И в то же время все они, взятые вместе, — безымянная часть огромного механизма. Единое нечто, образующее часть чего-то еще. Организованно и эффективно эти люди выполняют Вспомогательную Роль в процессе, который куда важнее их персональных жизней.

Причины и следствия сплели вокруг нас свою цепь, выдержав строгий баланс между синтезом и распадом. И все это произошло в жуткой трещине между полуночью и рассветом. В черной бездонной пучине, что разверзается перед нами каждую ночь по законам, которые нам неизвестны и против которых мы бессильны.

Причины и следствия сплели вокруг нас свою цепь,…

Причины и следствия сплели вокруг нас свою цепь, выдержав строгий баланс между синтезом и распадом. И все это произошло в жуткой трещине между полуночью и рассветом. В черной бездонной пучине, что разверзается перед нами каждую ночь по законам, которые нам неизвестны и против которых мы бессильны.

Магазины города начинают битву за покупателя, вступая в сезон рождественских распродаж.

Магазины города начинают битву за покупателя, вступая в…

Магазины города начинают битву за покупателя, вступая в сезон рождественских распродаж.

Уж лучше верить в следующую жизнь. Все веселее. В какую бы зверюгу я дальше ни переродилась — в лошадь там, или в улитку, — это все-таки возможно представить. Пускай ты даже не подозреваешь, кем будешь дальше, всегда остается какой-то следующий шанс.

Уж лучше верить в следующую жизнь. Все веселее.…

Уж лучше верить в следующую жизнь. Все веселее. В какую бы зверюгу я дальше ни переродилась — в лошадь там, или в улитку, — это все-таки возможно представить. Пускай ты даже не подозреваешь, кем будешь дальше, всегда остается какой-то следующий шанс.

Чуть не со школьных лет я заметил, что люди стараются излить мне душу, и женщины, и мужчины, не важно — совершенно незнакомые люди вдруг не стесняясь раскрывают мне свои тайны. Почему — не знаю. Может, потому, что я сам не прочь их послушать?

Чуть не со школьных лет я заметил, что…

Чуть не со школьных лет я заметил, что люди стараются излить мне душу, и женщины, и мужчины, не важно — совершенно незнакомые люди вдруг не стесняясь раскрывают мне свои тайны. Почему — не знаю. Может, потому, что я сам не прочь их послушать?

Чем больше я слушал все эти показания свидетелей, аргументы прокуроров и адвокатов, все эти оправдания обвиняемых, тем меньше во мне оставалось уверенности в чьей бы то ни было правоте.

Чем больше я слушал все эти показания свидетелей,…

Чем больше я слушал все эти показания свидетелей, аргументы прокуроров и адвокатов, все эти оправдания обвиняемых, тем меньше во мне оставалось уверенности в чьей бы то ни было правоте.

Завладев лишь телом, рвешься за душой. Но здесь ты пролетела: номер не прошел…

Завладев лишь телом, рвешься за душой. Но здесь…

Завладев лишь телом, рвешься за душой. Но здесь ты пролетела: номер не прошел…

— … Здорово, когда люди так могут.
— Когда стараются?
— Когда могут заставить себя постараться.

— … Здорово, когда люди так могут.— Когда…

— … Здорово, когда люди так могут.
— Когда стараются?
— Когда могут заставить себя постараться.

Там, в «Альфавиле», какой-то подонок избил до полусмерти китаянку. И всю её одежду с собой утащил. Очень красивая девочка. Только голая и вся в крови. В её мире не бывает «подготовительных стадий». И про «характер, с которым лучше не торопиться», ей никто не объяснит. Не правда ли?

Там, в «Альфавиле», какой-то подонок избил до полусмерти…

Там, в «Альфавиле», какой-то подонок избил до полусмерти китаянку. И всю её одежду с собой утащил. Очень красивая девочка. Только голая и вся в крови. В её мире не бывает «подготовительных стадий». И про «характер, с которым лучше не торопиться», ей никто не объяснит. Не правда ли?

Если я скажу «не могу ответить» — получится всё равно, что я сказал «да». В юриспруденции это называется «косвенный умысел».

Если я скажу «не могу ответить» — получится…

Если я скажу «не могу ответить» — получится всё равно, что я сказал «да». В юриспруденции это называется «косвенный умысел».

Сидим здесь и говорим по делу. Кто говорит не по делу — пускай сидит где-нибудь еще.

Сидим здесь и говорим по делу. Кто говорит…

Сидим здесь и говорим по делу. Кто говорит не по делу — пускай сидит где-нибудь еще.

Какого только бизнеса на свете не встретишь.

Какого только бизнеса на свете не встретишь.

Какого только бизнеса на свете не встретишь.

Собственное имя, к сожалению, так просто не забывается. Отчего мы постоянно забываем только чужие имена — даже те, которые должны помнить обязательно?

Собственное имя, к сожалению, так просто не забывается.…

Собственное имя, к сожалению, так просто не забывается. Отчего мы постоянно забываем только чужие имена — даже те, которые должны помнить обязательно?

В глазах Эри — одиночество озёра, над которым нависли свинцовые тучи.

В глазах Эри — одиночество озёра, над которым…

В глазах Эри — одиночество озёра, над которым нависли свинцовые тучи.