— Тебе больно. Видишь? Твоя душа полна боли.
— Это не боль… Одиночество… Да, мне одиноко.
— Одиночество? Я не знаю, что это. Ты не хочешь оставаться собой, так? Нас много, а ты один. Тебе не нравится это?
— Это называется одиночеством.
— Это твоя душа… твоя душа, полная печали.

— Тебе больно. Видишь? Твоя душа полна боли.—…

— Тебе больно. Видишь? Твоя душа полна боли.
— Это не боль… Одиночество… Да, мне одиноко.
— Одиночество? Я не знаю, что это. Ты не хочешь оставаться собой, так? Нас много, а ты один. Тебе не нравится это?
— Это называется одиночеством.
— Это твоя душа… твоя душа, полная печали.

Он так одинок… Может, он боится женщин?… Нет. Он просто боится привязаться к кому-то.

Он так одинок… Может, он боится женщин?… Нет.…

Он так одинок… Может, он боится женщин?… Нет. Он просто боится привязаться к кому-то.

Если смогу увидеть тебя снова, я скажу тебе слова, которые не смог сказать восемь лет назад…

Если смогу увидеть тебя снова, я скажу тебе…

Если смогу увидеть тебя снова, я скажу тебе слова, которые не смог сказать восемь лет назад…

Существует, так называемая, «Дилемма дикобразов». Если они захотят согреть друг друга, то чем тесней они сблизятся, тем сильнее будет боль от уколов игл. Тоже самое и с людьми. Должно быть, Синдзи замкнут так замкнут, потому что боится уколоться.

Существует, так называемая, «Дилемма дикобразов». Если они захотят…

Существует, так называемая, «Дилемма дикобразов». Если они захотят согреть друг друга, то чем тесней они сблизятся, тем сильнее будет боль от уколов игл. Тоже самое и с людьми. Должно быть, Синдзи замкнут так замкнут, потому что боится уколоться.

Переполненное печалью, ненавистью, страданием… Вот какое оно, твоё сердце.

Переполненное печалью, ненавистью, страданием… Вот какое оно, твоё…

Переполненное печалью, ненавистью, страданием… Вот какое оно, твоё сердце.

Я ненавижу. Ненавижу всё. Ненавижу всех. Но больше всего я ненавижу себя. Я больше не вижу смысла в своей жизни.

Я ненавижу. Ненавижу всё. Ненавижу всех. Но больше…

Я ненавижу. Ненавижу всё. Ненавижу всех. Но больше всего я ненавижу себя. Я больше не вижу смысла в своей жизни.

Не запятнав себя, сложно выжить среди людей.

Не запятнав себя, сложно выжить среди людей.

Не запятнав себя, сложно выжить среди людей.

Ты — это ты. Невелика разница между тем, как ты воспринимаешь себя и как тебя воспринимают другие.

Ты — это ты. Невелика разница между тем,…

Ты — это ты. Невелика разница между тем, как ты воспринимаешь себя и как тебя воспринимают другие.

— Не убегать.
— Почему ты не должен убегать?
— Потому что побег тоже причиняет боль.

— Не убегать.— Почему ты не должен убегать?—…

— Не убегать.
— Почему ты не должен убегать?
— Потому что побег тоже причиняет боль.

Выживает тот, у кого есть воля к жизни.

Выживает тот, у кого есть воля к жизни.

Выживает тот, у кого есть воля к жизни.

Своя собственная смерть — вот единственная полная свобода.

Своя собственная смерть — вот единственная полная свобода.

Своя собственная смерть — вот единственная полная свобода.

Я по-прежнему ненавижу темноту, она приносит с собой самые ужасные воспоминания.

Я по-прежнему ненавижу темноту, она приносит с собой…

Я по-прежнему ненавижу темноту, она приносит с собой самые ужасные воспоминания.

Тебя не интересуют другие, но ты ненавидишь одиночество.

Тебя не интересуют другие, но ты ненавидишь одиночество.

Тебя не интересуют другие, но ты ненавидишь одиночество.

Практично быть склонным к естественным желаниям.

Практично быть склонным к естественным желаниям.

Практично быть склонным к естественным желаниям.

Тот, кто забыл ошибки прошлого, обречен их повторить.

Тот, кто забыл ошибки прошлого, обречен их повторить.

Тот, кто забыл ошибки прошлого, обречен их повторить.

Никогда не говори «прощай» перед боем. Это слишком грустно.

Никогда не говори «прощай» перед боем. Это слишком…

Никогда не говори «прощай» перед боем. Это слишком грустно.

Познание — это удовольствие. Понимание — это контроль.

Познание — это удовольствие. Понимание — это контроль.

Познание — это удовольствие. Понимание — это контроль.

Может быть, тебе и легче только делать вид, что ты стараешься для других… Но в бою это притворство приведет к смерти!

Может быть, тебе и легче только делать вид,…

Может быть, тебе и легче только делать вид, что ты стараешься для других… Но в бою это притворство приведет к смерти!

Людей много, но зачастую ты одинок даже в толпе.

Людей много, но зачастую ты одинок даже в…

Людей много, но зачастую ты одинок даже в толпе.

Люди — очень странные создания! Почему-то их ужасно волнует мнение других. Из-за этого они злятся, переживают, впадают в отчаяние… Люди не перестают поражать меня.

Люди — очень странные создания! Почему-то их ужасно…

Люди — очень странные создания! Почему-то их ужасно волнует мнение других. Из-за этого они злятся, переживают, впадают в отчаяние… Люди не перестают поражать меня.