Рикка, помнишь, как ты сказала, что пойти со мной в один дом в конце интересного дня-твоё наивысшее счастье? Для меня тоже. Вместе жить, вместе обедать, вместе злиться, вместе смеяться, вместе думать, как это нас достало, и быть уверенными друг в друге… Всё это — составляющие моего счастья.

Рикка, помнишь, как ты сказала, что пойти со…

Рикка, помнишь, как ты сказала, что пойти со мной в один дом в конце интересного дня-твоё наивысшее счастье? Для меня тоже. Вместе жить, вместе обедать, вместе злиться, вместе смеяться, вместе думать, как это нас достало, и быть уверенными друг в друге… Всё это — составляющие моего счастья.

Иногда людям нравится говорить и мечтать о другом мире, представлять далекое будущее, создавать истории великой любви в своих фантазиях. С рождения и до самой смерти все мы ведем себя именно так, даже не задумываясь над этим. Может, она постыдна и неприятна, но так мила эта болезнь, именуемая индивидуальностью.
Нельзя человеку жить, занимаясь самообманом, ведь каждый из нас немножко чокнутый.

Иногда людям нравится говорить и мечтать о другом…

Иногда людям нравится говорить и мечтать о другом мире, представлять далекое будущее, создавать истории великой любви в своих фантазиях. С рождения и до самой смерти все мы ведем себя именно так, даже не задумываясь над этим. Может, она постыдна и неприятна, но так мила эта болезнь, именуемая индивидуальностью.
Нельзя человеку жить, занимаясь самообманом, ведь каждый из нас немножко чокнутый.

Порой принять реальность слишком тяжело. Жизнь вообще череда сплошных разочарований, но иногда они врезаются в душу с такой силой, что сердце разрывается на части, как бы ты ни был к этому готов. Их можно принять, с ними вполне можно жить и все равно тебя не оставит в покое мысль: ну почему все это должно было случиться именно со мной? Пускай. Пускай все твердят, что такова жизнь, что нужно смириться и жить дальше… Но стоит ли с этим мириться?

Порой принять реальность слишком тяжело. Жизнь вообще череда…

Порой принять реальность слишком тяжело. Жизнь вообще череда сплошных разочарований, но иногда они врезаются в душу с такой силой, что сердце разрывается на части, как бы ты ни был к этому готов. Их можно принять, с ними вполне можно жить и все равно тебя не оставит в покое мысль: ну почему все это должно было случиться именно со мной? Пускай. Пускай все твердят, что такова жизнь, что нужно смириться и жить дальше… Но стоит ли с этим мириться?

— Может, возьмемся за руки?
— Мизинчика хватит.

— Может, возьмемся за руки?— Мизинчика хватит.

— Может, возьмемся за руки?
— Мизинчика хватит.

Отступай, реальность! Трещи, синапс! Изыди, мир бренный!

Отступай, реальность! Трещи, синапс! Изыди, мир бренный!

Отступай, реальность! Трещи, синапс! Изыди, мир бренный!